Тигхи сел на корточки и для большей устойчивости оперся рукой о землю. В ступне пульсировала тупая боль, и перспектива потерять равновесие и кувыркнуться лицом вперед с края уступа его устрашала. Один раз он уже падал, и этого с него было предостаточно, однако Тигхи очень хотелось получше рассмотреть удивительные летающие устройства. Его рука случайно наткнулась на несколько диких грибов, которые росли почти у самого края, и он машинально смахнул их вниз.

– Эй!

Ему кричал это Ати.

– Эй, небесный мальчик! Осторожнее!

– Что?

Ати подбежал к нему, крикнув на ходу:

– Смотри под ноги!

Увиденное внизу настолько заворожило Тигхи, что он совсем забыл про Ати. Он отполз к стене и там, отталкиваясь от земли обеими руками, кое-как встал.

– В чем дело?

– Что ты делал с этими чеммиа?

– Что?

Ати теперь стоял рядом с ним, тяжело дыша. Ему пришлось бежать вверх по склону.

– Ты с ума сошел? Уничтожение чеммий вот так просто, как ты это сделал только что, считается преступлением против закона, и за это строго наказывают. Хочешь, чтобы тебя сбросили со стены?

– Я не понимаю.

– Так пойми, варвар. Ты можешь быть небесным мальчиком, хорошим предзнаменованием для этой кампании. Однако тебя сбросят с мира, как и любого другого, если им станет известно, что ты уничтожил чеммиа.

– Чеммиа?

Плюнув от досады, Ати рукой показал на грибы:

– Вот они!

– Но ведь это всего-навсего грибы, – сказал Тигхи.

– Верно, – произнес Ати, хватая Тигхи за руку. – А теперь пойдем отсюда. Это военные грибы.

И он потащил юношу прочь.

Тигхи взвыл от боли. Сильно хромая, он с огромным трудом поспевал за быстро шагавшим Ати. Первые несколько шагов он даже был вынужден прыгать на правой ноге.

– Подожди-ка, – сказал он, – ты хочешь сказать, что за то, что я сорвал или нечаянно наступил ногой на пару грибов, меня сбросят с мира?

– Ты ничего не знаешь?

– Подожди, – сказал Тигхи, пытаясь перевести дух. – Почему? Из-за грибов? Почему?

– Но ведь это военные грибы. Ты действительно ничего не знаешь?

– Я действительно не знаю.

Ати отпустил его руку и сплюнул еще раз, причем так, что плевок долетел до края уступа и упал в бездну.

– Все думают, что ты принесешь удачу, ты это знаешь. Но если ты не принесешь ее, что тогда будет с тобой?

– Расскажи мне о грибах, – сказал Тигхи.

– Они делают огонь.

– Огонь?

– Военные собирают грибы и сушат их. У них есть… – Он запнулся, а затем буквально выкрикнул от отчаяния: – Я не знаю, как это на имперском языке! У нас в низинах говорят «бурцхум». Это как земля, понимаешь? Сухое-сухое, его много. Оно в растениях, которые выпускают его в воздух, и по воздуху оно перелетает на другое место, падает на землю, и растут новые грибы.

– Я знаю, что ты имеешь в виду, – произнес Тигхи, прислонившись к стене и держа на весу больную ногу, чтобы дать ей отдохнуть. – Я тоже не знаю, как это называется на имперском языке. Это пыль, – сказал он, употребив свое родное слово.

Ати пожал плечами:

– Этот бурцхум, эту пыль, после сушки хранят в коробках и ящиках. Если ее поджечь, получается огонь – огромный огонь. – Он хлопнул в ладоши и крикнул «Бах!» так громко, что Тигхи подпрыгнул. – Он стоит на вооружении нашей армии. У нас есть рифетте, и их наполняют бурцхумом.