Это заявление несколько поразило Тацуо. Вроде бы обычные слова, но не вложен ли в них какой-то смысл? Как их следует понимать? Тацуо на миг заколебался.

В это время входная дверь отворилась. Кто-то вошёл. Тацуо внезапно посмотрел в ту сторону. Невольно у него перехватило дыхание. Вошла Уэдзаки Эцуко.

2

Тацуо моментально склонил голову к стойке. Сделал вид, будто он потягивает виски из стакана. Ему не хотелось сейчас встречаться с Уэдзаки Эцуко.

Он ведь сказал ей во время встречи в фирме «Ямасуги сёдзи», что президент согласен дать ему ссуду. И теперь, когда Ямасуги Китаро, наверно, уже вернулся из командировки, выяснилось, конечно же, что Тацуо соврал. Так что было бы совсем некстати столкнуться с девушкой сейчас. Да и вообще, лучше было не привлекать внимания к тому, что он ею интересуется. К счастью, Эцуко не пошла в эту сторону, а уселась у края стойки. Между нею и Тацуо оказалось ещё три или четыре человека, так что оба они не могли друг друга видеть. Только напрягшись, Тацуо слышал, что говорила девушка

— Где Мама? — спросила она официантку. По её непосредственному тону было понятно, что она привыкла тут бывать.

— Вышла ненадолго. Скоро вернётся, — ответила официантка.

— Дайте мне джинфиз.

— Слушаюсь. — Аккуратно причёсанный бармен, приятно улыбнувшись, поклонился Эцуко: — Добро пожаловать! — Он стал потряхивать сосудом для приготовления коктейлей.

Мужчина в берете, сидевший рядом с Тацуо, повернувшись, стал смотреть в сторону Эцуко.

— Кто это такая? — тихо спросил он у соседней девушки.

— Приятельница хозяйки.

— Хм, наверно, тоже хозяйка какого-нибудь заведения?

— Да нет. — Девушка лишь посмеялась в ответ и не стала вдаваться в объяснения.

Убедило это парня в берете или нет, но он стал молча потягивать виски.

Как понял Тацуо из слов официантки, между Эцуко и хозяйкой бара всё-таки существует какая-то связь. А значит, есть связь и с Фунэдзака Хидэаки. И где-то между ними затесался мошенник, захвативший тридцать миллионов. Где же он, собственно, обретается? Пусть тридцать миллионов иен перекочевали дальше и не остались у него, но даже двадцать процентов от этой суммы в виде вознаграждения составляют шесть миллионов иен. Пятнадцать процентов — четыре с половиной миллиона. Пусть он даже поделился с подручными, но всё равно в кармане у него осталось миллиона три.

Тацуо не мог себе вообразить, чтобы человек, получивший такие шальные деньги, затаился где-то в тиши. Хотя, конечно, люди Фунэдзака имели возможность его спрятать. Но ведь полиция не разыскивает его, и почему бы ему не разгуливать запросто где вздумается. Так что, пожалуй, отдыхает он сейчас где-то на горячих источниках, прихватив с собой какую-нибудь женщину. Или же кутит в токийском ресторане или кабаре.

Из-за этих денег Сэкино оставил семью и покончил с собой. В то время как один человек сводит счёты с жизнью, другой прожигает жизнь, наплевав на всё. Размышляя об этом, Тацуо весь вскипал от гнева. Он решил во что бы то ни стало отыскать мерзавца.

Конечно, это будет трудно. За ним стоят монстры из лагеря правых. Всё это тревожило Тацуо, но он решил не терять присутствия духа.

«Как бы то ни было, — думал он, — мошенник, называющий себя Хоригути, непременно появится в этом баре. Ведь «Красная луна» — одна из точек на линии, связывающей Фунэдзака и Ямасуги. Хоригути должен появиться в этой точке…»

— Ямамото-кун, — раздался голос одного из посетителей.