— Да, но для отлова самых трудных животных применение роботов могли бы разрешить? Проблема не столько в запретах, сколько в том, что УОП доводит каждый из них до абсурда.

Я промолчал. Конкретно по этому пункту спорить было невозможно.

— Как бы там ни было, — продолжал Крейг, — кое-кто в парламенте и правительстве с подачи промышленников и прочих заинтересованных лиц ведет закулисную игру по переделу сфер влияния. Урезание бюджета УОП — только один из ходов в этой игре. А увольнения смотрителей — и вовсе слабый отголосок, эхо большой войны за власть. В сущности, это часть проекта по ликвидации структур СОЗ в заповедниках А-группы и передаче этих планет из рук УОП под полный контроль Комитета по контактам.

— А как они собираются это осуществлять? — удивилась Кэт. — У Комитета ведь нет собственной патрульной службы, кроме СВК.

— Дошло до вас теперь, почему были так мрачно настроены наши друзья из инспекции? — самодовольно поинтересовался Крейг. — В заповедниках А-группы грядет новое сокращение, и на этот раз — тотальное. Понятно, что уоповцы совсем не рады такому повороту — вот инспектор и сорвался… Нервы. Нелегко быть спокойным и вежливым, зная, что работаешь на своем месте последние дни. А для Комитета по контактам полная передача им на хозяйство нескольких планет — лишняя головная боль и огромная проблема. Инициаторами проекта декларируются самые благие цели: улучшение контроля в заповедниках А-группы ради благополучия и защиты туземцев, что в настоящее время полностью не обеспечивается. Действительный же смысл же этой возни — ослабление УОП и Комитета одновременно.

Подошло время обеда — мы отправились в кают-компанию и расселись за столом. Первую тарелку «жучка» поставила передо мной, и я не забыл похвалить ее за это.

— А теперь, — сказал я, запуская ложку в грибной суп, — можешь рассказывать дальше. Хоть до самого конца экспедиции.

Крейг ревниво наблюдал, как «жучка» обхаживает Кэт и Малыша. Крейга она обслужила в последнюю очередь.

— Почему этот бездушный механизм всегда мной пренебрегает? — проворчал он. — Я старше всех по возрасту.

— Она не любит бывших биологов, — пояснил я. — Она чувствует, что совершенно не интересна тебе, и обижается.

— Ну и ладно… А рассказывать больше нечего. В центре Иванова большой праздник по поводу бардака в Службе охраны заповедников. На общих собраниях раздаются призывы к немедленному массированному десанту на Тихую, пока СОЗ и Комитет лежат в нокауте… Научный блицкриг, так сказать. Иванов сдерживает порывы этой банды анархистов, но неизвестно, насколько его хватит. Исследователи-одиночки отжигают регулярно. Недавно некий Паго Нвокеди, культуролог, расстрелял из винтовки десяток редчайших многоногих броненосцев — в интересах науки, разумеется. Что за эксперимент он проводил — никто не знает, однако в результате Нвокеди вывезли с планеты в состоянии психической комы.

У меня в голове звякнул тревожный звоночек.

— Погоди-ка, — сказал я. — Берк после охоты на рэдвольфа тоже оказался в психической коме. Не связаны ли оба случая?

— У Иванова этого не знают, — ответил Крейг. — Нвокеди эвакуировали с Тихой смотрители.

— Диана, пошли-ка запрос на Главную. Только попроси ответить развернуто: вдруг инцидент с Нвокеди не единственный.

— Сейчас…

Однако СОЗ выдавать информацию отказалась.

— Они там что — совсем одурели? — возмутился Малыш. — Нам на эту самую планету высаживаться!

— А вот, — сказал я. — Бывает, значит, и так.

* * *

Группа Ливнева прибыла вовремя и первым делом проинспектировала наш корабль.