Изменить размер шрифта - +
Очевидно, она предпочла бы доказать, что дело не стоит и выеденного яйца. Менее очевидно то — но, как мне кажется, она поняла это, — что двухнедельный телевизионный показ сильно укрепит ее судейскую репутацию. — Пэйджит сделал паузу. — Что, собственно, — хотя из предосторожности я даже не намекнул об этом — и было мною ей предложено.

— Но почему ты выбрал ее? — спросил Мур. — По моим наблюдениям, эта женщина — весьма серьезная штучка. Разозли ее, и то, что она предложит тебе, будет семью кругами ада на протяжении двух недель, причем с показом по телевидению. Вот и посмотрим видеоролик «Как Кристофера Пэйджита поджаривают на вертеле».

Терри внутренне содрогнулась: пожалуй, лучше Мура она представляла, как предстоящий телевизионный показ может угнетать Пэйджита. Но Мур с его откровенностью, с его сугубо профессиональным подходом к делу не тот человек, чтобы из соображений такта умолчать о своих сомнениях. Мгновение Пэйджит молчал, потом повернулся к Муру с выражением смирения на лице:

— Почему я выбрал ее? Потому что Терри посоветовала. Легче тебе от этого?

— Немного легче. — Мур посмотрел на Терри. — Пожалуйста, объясните мне, в чем дело.

Терри молчала. Мур и Пэйджит невольно напомнили ей, что многое зависит теперь от того, насколько верно она смогла оценить Кэролайн Мастерс, что слишком многое доверил ей Пэйджит.

— Я работала под руководством Кэролайн, — наконец сказала она. — Первое, что в ней замечаешь: самоуверенность и поразительную — в общем-то оправданную — веру в собственный интеллект. Она достаточно умна, чтобы понять смысл того, что предлагает Крис, она из тех немногих судей, у которых хватает мужества, чтобы пройти это. Взвесив все, она приняла предложенное. Поэтому она лучше других.

Мур посмотрел с любопытством:

— А почему она его приняла?

Порыв ветра взъерошил волосы Терри. Закинув голову, она смотрела на парусник, попавший в поле ее зрения.

— Потому что, как и всякий другой судья, Кэролайн — живой человек, со своим взглядом на жизнь. Ее личная жизнь — загадка, но не ее взгляды, если снять с нее судейскую мантию и столкнуть ее с Марком Ренсомом, она сказала бы ему, пожалуй, что-нибудь типа: а пошел бы ты на… Она всегда выступала на стороне защиты. Можно стать судьей — а Кэролайн из хороших судей, — но нельзя стать совершенно другим человеком.

Мур кивнул.

— А вот вы, — заметил он, — можете стать превосходным судьей.

— Или, скорее, апелляционным судьей, — Терри помолчала. — Все в полицейском управлении знали, что именно это было целью Кэролайн. И в то же время всепрощения по отношению к Марии от нее ждать не приходится. Конечно, свою роль сыграет то, как будет выглядеть Мария, давая показания. А Мария, как говорит Крис, намерена произвести впечатление на публику.

Мур снова нахмурился:

— Прежде чем мы оставим в покое человеческие качества судьи Мастерс, не лишним будет сказать о ней еще кое-что. — Он взглянул на Терри. — Может быть, это из-за того, что она всем заправляет, и во мне взыграло чувство сексизма, но у меня было странное ощущение: судья Мастерс не очень-то жалует мужчин. К каковым, без сомнения, относится и наш друг Кристофер.

— Им был и Марк Ренсом. — Терри смолкла, давая понять Джонни, что об этом они уже думали. — Крис и я разбирали все возможные варианты до тех пор, пока, как он выразился, мы не стали походить на двух гадалок, копающихся в козлиных кишках. Хотя она и женщина и лишь недавно стала судьей, Кэролайн очень чувствительна к необъективности — других людей, собственной.

Быстрый переход