Снисходительно поглядев на меня, Дилан напечатал слово «несчастье» рядом с именем Кисслера. Ничего не вышло.

— Надо же, у Кисслера нет он-лайн дневника, в котором он признается в совершенных преступлениях, — прокомментировал он.

— Заткнись, — проворчала я.

Аська заморгала, сообщая, что получено какое-то сообщение, однако я не стала отвлекаться.

— Попробуй набрать «смерть», — велела я.

Дилан послушался, и я хмыкнула, глядя, как он набивает текст всеми десятью пальцами. Лекси молча сидела рядом, и я буквально ощутила, как она старается что-нибудь предсказать или увидеть на расстоянии.

Выскочила та же самая статья о местной больнице. Не дожидаясь Дилана, я перегнулась через него и кликнула мышкой по ссылке. Когда статья появилась на экране, Дилан скептически закатил глаза.

— Здесь только о том, какой он прекрасный, да как помогает в больнице. Пример для всех и каждого, — проворчал он.

— Давно? — спросила Лекси и даже губу прикусила от напряжения.

Интересно, к чему она ведет?

— А? — неожиданным баском переспросил Дилан.

— Давно он работает волонтером? — повторила Лекси.

— С тех пор как здесь поселился, — ответил Дилан. Мы с Лекси молча смотрели на него, ожидая продолжения. — Года три, наверное, — пояснил он.

Лекси задумчиво намотала на палец прядь волос.

— И что тогда творилось в больнице?

— Болезни, — ответил Дилан. — Ну и хирургия, переливание крови, все такое прочее.

— Переливание! Крови... — прошептала я. — Ты думаешь, он — вампир?

— Что это за вампир такой — расхаживает на солнце среди бела дня и помогает в больнице? — усомнилась Лекси. — Нет, вряд ли.

Да, действительно, и впрямь глупо. Дилан, на удивление легко признавший Взгляд, теперь смотрел на меня так, будто я предложила зажарить его ручного козленка. Я тряхнула головой и сердито напомнила себе, что в Оклахоме не держат ручных козлят.

— У тебя ведь нет козленка? — не сдержавшись, спросила я.

— Нет, — сухо ответил он.

— А если ваш математик такой злодей, почему он работает в больнице? — не унималась Лекси.

Не дает ей покоя эта больница.

— Чтобы запудрить людям мозги, прикинуться отзывчивым, — предположила я.

— Может быть, — согласилась Лекси, но как-то неуверенно.

— Пациенты беззащитны, — сказал Дилан, и глаза его потемнели. — А вдруг он как-нибудь питается их болью, вот и пасется около своих жертв?

Лекси покачала головой.

— Не думаю. Тут что-то другое.

Я вдруг удивилась — чего это мы с Диланом так внимательно слушаем тринадцатилетнюю пигалицу? — но тут же забыла об этом.

— Может быть, ему нужны не все пациенты? — предположила я. — Может, только некоторые?

Лекси кивнула.

— И не сейчас, — сказала она. — А тогда, когда он только начал работать.

Я разочарованно вздохнула. Не приведут ни к чему наши гадания.

— Мы ведь не можем проверить всех, кто лечился там последние три года.

Мы посидели в молчании, я совершенно автоматически полезла проверить аську.

— И кто такой Сын__Волны? — насмешливо спросил Дилан.

— Никто, — ответила я.

Потому что это был Пол. Я посмотрела на часы. Здесь половина шестого, а значит, в Калифорнии только-только закончился учебный день.

— Скоро приду, — сообщила я и пошла искать мамин сотовый — там тариф позволял звонить по всей стране без доплаты.

— Конечно, — хором сказали мне вслед Лекси и Дилан.