— Ну, это ты выдумываешь. Не такой он человек. Впрочем, ты могла не разобраться, струсить, обозлиться… Что взять с бабы? Да еще с такой стервы! — Голован улыбнулся, обнял Машу за плечи. Девушка прильнула к нему.

— Ты простил меня?

— Простил, простил… Хотя сам не понимаю, как я могу тебя прощать. Сентиментальным становлюсь… Скажи, в доме есть выпивка?

— Конечно. Разве по мне не заметно?

— Я имею в виду — ее достаточно? Хватит на всех?

— Да, там много водки «Абсолют». Хорошая водка, мы пили… с ним. Еще есть вино, грузинское, крепленое, два небольших бочонка.

— Всего два? Мало для такой оравы. Тем более джигиты вина не пьют, им Коран запрещает потреблять продукт из винограда. А вот о спирте Магомет не говорил…

Маша подвела его к нужной двери. Астахов вытащил связку ключей.

— Вот этот, — ткнула она пальцем в один из них. — Открывай.

Голован открыл. Мария первой вошла в помещение, схватила бутылку.

— Откупорь! — потребовала она.

— Зачем сейчас? — удивился Астахов. — Накрой прежде стол, закусок приготовь, я отряжу людей в помощь…

— Неужто горцы станут выполнять женскую работу на кухне? — спросила Маша насмешливо.

— Горцы не станут. Но есть еще шестеро моих ребят. Двое охраняют Алексея, четверо помогут тебе.

— Все равно откупорь! Водки хочу!

— Нечего! — прикрикнул Астахов. — Ты и так уже… Протрезвей. Тебе еще готовить.

Маша покорно опустила руку с бутылкой.

Стол накрыли на первом этаже, в самой большой комнате. Она, собственно, и предназначалась для застолий. Алексей, видимо, надеялся, что когда-нибудь сможет использовать свое горное убежище в ином качестве. Мария помнила, как однажды он фантазировал на эту тему: избавимся, мол, от преследования Голована да создадим здесь гостиницу для охотников. Махкам будет за егеря, а мы — всегда при куске хлеба с маслом.

Часа через три приготовления закончились и Голован, уже чувствующий себя тут хозяином, пригласил всех к столу.

Пока продолжалась стряпня, Астахов осмотрел дом. Он решил создать в этом вовремя подвернувшемся «дворце троллей» постоянный склад для хранения больших партий наркотиков. База из Лешкиной «виллы» получится шикарная, рассуждал Голован, — место укромное, а слабо охраняемая российская граница относительно близко, Переправлять отсюда наркотики не составит труда.

Горские обычаи запрещали женщине сидеть за одним столом с мужчинами. Однако Маша была русской, поэтому Голован усадил ее во главе стола, рядом с собой. Впрочем, это не снимало с девушки обязанностей хозяйки — она должна была при необходимости менять блюда и бегать в подвал за водкой. Так велел Астахов, чтобы не очень шокировать своих диких кавказских друзей.

Когда все расселись, Мария наклонилась к Головану.

— Налей мне водки в бокал, — попросила она. — Хочу напиться.

— Не валяй дурака, — ответил Астахов, раздражаясь. — Ты должна людей обслуживать. А потом, мужчины, как видишь, пьют из рюмок. Нечего тебе выделяться.

— У меня очень крепкая голова, ты же знаешь, — вздохнула девушка. — Тогда хоть тосты поднимай почаще.

— За этим дело не станет, — успокоил Петр Васильевич. — Все же мы на Кавказе.

Но первый тост Голован произнес сам.

— Друзья! — сказал он. — Наша операция завершилась полным успехом.