– Тебе не кажется, что слово «некогда» очень похоже на слово «никогда»? И что, кроме нервного срыва, ты заработала на работе? – допрашивали меня. – Ты купила себе квартиру? Красишь губки, глядя в зеркало заднего вида новой иномарки? Стала высококлассным специалистом? Лучшим отростком во всей отрасли? Заработала себе на безбедную старость? Спасла сотню жизней?

Ну, если так посудить, то, возможно, спасла. Пока что ни один из моих проектов  не сложился, погребя под крышей домовладельцев. Ни один из моих проектов еще не стал братской могилой. А это – повод для оптимизма!

– Нет! Не заработала! – огрызнулась я, понимая, что,  когда речь заходит о доходах, я бедна настолько, что нищие родственники церковной мыши смотрят на меня с презрением.

– Бедный Рыжик, жизнь была к тебе несправедлива. Особенно, если вспомнить носочек с ромбиком, где Рыжик хранит все заработанное. Я так понимаю, что раз речь идет о носке, а не наволочке и пододеяльнике, то дела у Рыжика идут неважно, – согласился Феникс, делая глубокий вдох и грубо  и прижимая меня. – Иди сюда, я тебя пожалею… Перед тем, как мы с тобой сразимся, тебе же хочется, чтобы тебя пожалели? Ну вот, все, жалею… Жалею моего Рыжика… Бедная, несчастная девочка…

Меня нарочито погладили по голове. Я еще удивилась, как мои волосы остались на месте после такого «поглаживания».

– После того, как ты отдалась работе, она просто обязана на тебе жениться. А размножаться ты будешь при помощи ксерокса… Бедный Рыжик… Твой лучший друг – обеденный перерыв… Тебе зарплату хоть платят? Или ты работаешь на голом окладе и энтузиазме?

– Прекрати! – я увернулась от руки, которая снова норовила примять мои волосы. – Периодами платят! Когда как!

– Бедный Рыжик… Такая безответная любовь к работе… Интересно, почему жизнь к Рыжику была несправедлива? Может, жизнь забыла о Рыжике? Жизнь идет мимо, а Рыжик молча сидит и ждет, когда жизнь о ней вспомнит и внезапно начнется, – заметил Феникс с насмешкой, сжимая меня до хруста косточек.

Я вынуждена была слушать не только то, что мне говорят, но и биение чужого сердца. Сердце-сердце, неужели ты не дрогнешь прикончить меня на месте? Неужели ты такое жестокое? Я думала, что ты нежное… Я почти в это поверила… Котенок в животе вертелся, царапался и жалобно мяукал.

– Рыжик, жизнь тебя не замечает, потому что ты от нее ничего не требуешь, – услышала я, сглатывая и упираясь щекой в золотую пуговицу его куртки. – Вот тебе ответ на твой главный экзистенциальный вопрос. Ты – заказчик. Жизнь – исполнитель. Когда заказчик не знает, чего он хочет, ему либо навязывают ненужное, либо просто игнорируют. Так чего ты хочешь от жизни?

– На данном этапе… – вздохнула я, задумчиво приподнимая брови и закусывая губу. – На данном этапе жизни… Я бы…. Хотела…

– Без этапов. Чего ты хочешь от жизни? Чего ты добиваешься своим существованием, которое я сейчас прерву, если не услышу вразумительного ответа? Не понимаю, если в жизни нет других целей, кроме, как пожрать, поспать и посмотреть прикольное видео, то зачем же ты так цепляешься за это никчемное существование? Что тебя держит, Рыжик? – мне было уже больно от того, как меня сжимают. – Ты ответишь на этот простой вопрос?

– Я живу ради самой жизни! – ответила я.