— Это был один из свидетелей.

— Гм… Жаль, если б я знал, пригляделся бы внимательней…

— Не сохранилось ли у вас в памяти что-нибудь… м-м… необычное, что привлекло ваше внимание?

— Я сожалею, мистер Беккет… Я был на отдыхе, в обществе красивой девушки. И не обращал внимания ни на что другое. Боюсь, ничем не могу вам помочь.

Беккет понимал, что разговор зашел в тупик. Пытаться прижать этого господина бесполезно. Не тот случай. Беккет поднялся и внезапно увидел за креслом Чезарио два скрещенных маленьких кинжала.

— Что это?

Чезарио даже не обернулся.

— Стилеты, — невозмутимо ответил он.

Беккет подошел к стене. Оружие казалось тусклым из-за слоя покрывавшей его паутины.

— Стилеты? Все свидетели были убиты именно такого рода оружием…

— Да, я читал, — безмятежно подтвердил Чезарио.

— Давно они у вас?

— Фамильное наследство. В моей нью-йоркской квартире собрана целая коллекция. Да и дома в Италии — тоже. Стилет был излюбленным оружием Борджиа. А эта семья числится среди моих предков.

— Понимаю… Вы, должно быть, знаток этого оружия?

— Я надеюсь, — Чезарио довольно улыбнулся. — Однако оружие, как и многое другое в нашем мире, подвластно изменчивой моде… Так что в современном обществе подобные знания практически невозможно ни применить, ни усовершенствовать…

Он встал и, сняв со стены один из клинков, передал его Беккету.

— Те игрушки, что мы продаем внизу, — он указал на пол, — за месяц убивают больше людей, чем все стилеты за многие сотни лет, с тех пор как они впервые появились во Флоренции.

— Не могу не согласиться с вами, — кивнул Беккет, разглядывая тонкое изящное лезвие. Потом поднял взгляд на его владельца… И вдруг его осенило!

— Послушайте, ведь вы тот самый Кординелли, который одно время был чемпионом Италии по фехтованию?

— Да. Я увлекался фехтованием с детства. Еще один старинный вид спорта. А вы тоже фехтовальщик?

— Было такое… Я выступал за спортивную команду колледжа.

Беккет осторожно положил стилет на телефонный столик.

— Ну что ж, мне пора. Благодарю вас, мистер Кординелли.

— Я просто в отчаянии, что не смог ничем вам помочь, — вежливо ответил Чезарио.

Дверь за Беккетом затворилась и почти сразу открылась вновь: в кабинет вошла мисс Мартин. Стилет все еще лежал на телефонном столике.

— Что ему было нужно? — спросила она тем фамильярным тоном, какой приходит с годами совместной работы.

Чезарио взял стилет, повесил на место и с улыбкой обернулся к секретарше.

— Кажется, я был недостаточно осторожен, выбирая место своего отдыха.

Беккет тяжело опустился в кресло.

— Крепкий оказался орешек, — досадливо проговорил он.

— Можно подумать, вы собирались раскусить его с ходу, — усмехнулся Стрэнг.

— Да нет, конечно. Однако теперь я окончательно убедился, что этот парень и есть Стилет.

— Быть уверенным и уметь доказать — разные вещи, — хмыкнул Стрэнг.

— Взгляни-ка, — Беккет протянул ему пачку фотографий разбитого автомобиля. — Прислали из Флориды.

Стрэнг бегло просмотрел снимки.

— Ну и что?

— Обрати внимание, как девушка затиснута под рулем. А теперь смотри сюда. Приборную доску в щепки разворотило двигателем. Видишь, его вынесло почти на самое сиденье… Если бы Кординелли действительно, как он утверждает, спал в момент крушения, ему непременно раздавило бы ноги.