Она пригубила напиток.

— А что же вы? Ведь, насколько я понимаю, у вас нет таких проблем?

Он рассмеялся.

— Эти гонки так редки, а жизнь в перерывах между ними так несносно скучна! Приходится думать, чем ее заполнить.

Он подал знак официанту, и, пока тот ставил перед ними стаканы, они молчали.

— Вы знаете, — продолжал Чезарио, когда официант ушел, — мне тоже очень жаль, что обстоятельства сложились именно так… Как раз эти гонки хотелось бы выиграть.

Не глядя на него, Лук тихонько потягивала из стакана. Вдруг она подняла глаза.

— Вы, должно быть, не поверите… Но я знаю, что с вами происходит, — заговорила она, и лицо ее просветлело. — Скорость, опасность, волнение!.. С чем это можно сравнить? Чувствуешь: живешь полной жизнью, растворяешься в мире — и весь мир ощущаешь в себе…

— Именно! Именно так! — подхватил Чезарио. Совсем мальчишеское выражение появилось на его лице, голос взволнованно подрагивал. — Никогда не думал, что кто-то другой может переживать то же самое… Как будто имеешь в жизни все, что хочешь: всю власть, все богатства, всех женщин!

Лук опустила глаза.

— И я не знала никого, кто бы мог это чувствовать. — Потянувшись через стол, он взял ее руки в свои.

В них была власть и сила. Лук заглянула в его глаза: они светились, в них была завораживающая мощь. Это был взгляд тигра в ночи.

— У меня такое чувство, что я никогда прежде не знал женщины, — проговорил он мягко.

Ей вдруг стало страшно.

Нет, она боялась не его. Зная, что может сделать с ней такой мужчина, она испугалась себя.

Лук решительно отняла свои руки и холодно обронила:

— Давайте говорить о деле.

В его голосе все еще была нежность:

— Но почему, Лук? Мы здесь одни. Почему мы должны думать лишь о деле?

Она пыталась не смотреть ему в глаза — они притягивали как магнит. Она тонула в их глубине. Она со страхом ощущала знакомую слабость, проникающую в тело.

Ну почему так всегда бывает? Вот и теперь, когда она не хочет думать ни о чем, кроме денег! От обиды у нее запершило в горле, в голосе появилась хрипотца.

— Потому что с вами я — в проигрыше. Я видела таких, как вы. Всегда одно и то же… Вдруг почудится — звезды с неба можешь хватать, а в итоге — вот! — она поймала пальцами воздух.

— Неужели так должно быть всегда? — Она твердо встретила его взгляд.

— Всегда!

— И вы намерены идти по жизни, не отдаваясь ей только потому, что боитесь проиграть?

Она вспыхнула.

Он задел за самое больное.

— Вам-то что от меня нужно? — вспылила она. — Вы здесь с женщиной, которая за десять минут даст вам больше в сексе, чем я за десять дней!

Она вскочила, опасаясь, как бы он не заметил слез ярости, уже закипавших в глазах.

— Так что ограничим наши отношения делом, — сказала она. — Увидимся завтра на старте!

Она резко развернулась и пошла прочь, по дороге чуть не натолкнувшись на Илину. Та проводила ее взглядом и, подойдя к столу, уселась напротив Чезарио.

— Кто это? — спросила удивленно.

Чезарио смотрел вслед уходящей Лук и, когда та скрылась за дверью, обернулся к Илине, занявшей освободившееся место.

— Мой механик.

— О-о? — Илина вскинула брови. Жестом подозвала официанта. — Чинзано со льдом. — Твой механик? — с сомнением в голосе переспросила она, когда официант удалился.