Денис поверил ему, и дело пошло на лад – ил легко отпускал ноги, если не задерживаться. Сделав несколько десятков шагов и привыкнув к странному ощущению вязкого дна, он прошел довольно далеко, опираясь на плечо незнакомца. Потом снова несколько шагов по траве – и в воду. Денис понимал, его могут водить кругами, понимал, что этот человек никому не доверяет. Зато приведет его туда, где тепло и сухо. И, как Денис надеялся, темно, или отсутствуют окна с видом на солнце. Тогда он сможет рассмотреть, не мутант ли какой идет с ним. Впрочем, сейчас ему было все равно, кому доверять – после Тимофея и сетей обмана, в которые попался, уже ничего не было страшно. Хуже просто некуда…

– Стой, не двигайся! Там осока, комбез порежешь.

Что такое «осока»? Наверное, это не мутант, раз не может прыгнуть на него. Что-то острое, наверное, поэтому Денис тихонько ждал и руки вперед не протягивал, чтобы ощупать незнакомый предмет. Только слышал, как лезвие тяжелого ножа рубит ветви. Значит, осока – это растение.

Потом под ногами снова хлюпало, они брели в воде по колено, но скоро почва сменилась чем-то твердым, будто уложенные под водой доски прогибались под человеческим весом. «Значит, где-то неподалеку жилье», – подумал Денис. Предупрежденный о том, что нужно поставить ногу на ступеньку, он вышел на траву, и тут проводник оставил его на время. Потом вернулся за ним и привел куда-то, где звуки внешнего мира затихли, отгороженные закрытой дверью.

Наверное, вокруг было уже не так светло, но глаза до сих пор болели, и даже чувствуя над собой крышу и стены вокруг, Денис опасался снимать повязку. Незнакомец развязал ее сам, спросив, не повредит ли глазам свет от огня. Дымом пахло, но слабо, костер внутри не горел. Стянув противогаз, Денис так и стоял, зажмурившись.

– Чего ждешь? Тут не светит солнце, нормальная полутьма. А глаза твои Бабка посмотрит, вылечит, если что.

Приоткрыв веки, Денис все равно ничего не увидел, но и боли не почувствовал. Тут действительно оказалось темновато. А человек повел его дальше. Звуки были приглушенными, помещение – маленьким, не то что бункер с его высоким потолком или станция. Наконец его подвели к стулу и усадили. Проводник, судя по звуку, сел напротив.

– Как тебя зовут, заблудший сталкер? – со смешком спросил он.

– Денис Пищухин. Я из Москвы, из метрополитена. Поэтому ничего и не вижу – мы никогда не видим дневного света.

– И правильно, свет – он вредный, но рано утром еще ничего…

– Я увидел огонь… И решил, что тут есть люди. – Денис не знал, что сказать. Может, и не надо говорить. Но молчать во тьме, в которой он оказался из-за одного взгляда на солнце, было тоже невыносимо. Он надеялся, что невидимый собеседник ответит, звук голоса рассеет сомнения в том, что он среди людей, не погиб и не потерялся в этом бесконечном лесу.

– Да, люди тут есть… Но откуда ты взялся? Метрополитен, говоришь? Расскажи, а то непонятно, как ты оказался от него так далеко.

И Денис начал рассказывать куда-то в пустоту. Незнакомец помалкивал, но слышалось, что он где-то здесь, может быть, даже кивает или недоверчиво морщится. Но слушал очень внимательно, а когда дошло до Елены и убийства Привратника, человек вздохнул:

– Вляпался ты, парень, по самые уши. Назад тебе дороги нет. Но ты ведь возвращаться туда пока не собираешься?

Денис хотел возразить, но не смог найти слов. Как же он без Елены? Да, сейчас не вернуться, но ведь время идет…

– Так и думал, что в городе жизнь есть! – снова заговорил незнакомец. Почему-то он не спешил назвать себя, впрочем, имя ничего не значило для Дениса.

Без комбинезона мокрая одежда на нем немного высохла, в помещении было тепло, не чувствовалось стылого железа стен бункера вокруг или мраморных сводов станции, да и на тканевую палатку мало похоже.