– Командир, здесь опасно. – Индеец оглядывался, будто во тьме можно было бы увидеть приближение звука… – Люди в тоннеле реально пропадают.

– Думаешь, ты один такой умный? И мне страшно, когда противника на прицел не поймаешь. Но, говорят, оружие против «сирен» этих тоже работает, шума пугаются.

– Не хочу проверять, двигать надо отсюда!

Денис слушал командира вполуха, в его голове звучал совсем другой голос. И когда вдруг откуда-то начало доноситься красивое пение, неразборчивый, но требовательный зов, он не подчинился ему. Все, что происходило здесь, происходило не с ним. Потому что Денис наполовину находился сейчас совсем в другом месте, и никакие чужие манящие голоса не могли увлечь его. Но когда командир и наемники вдруг неуверенными шагами пошли вперед, Пищухин ясно увидел, как перед ними маячит черное пятно. Яма, о которой предупреждали на станции! Ни один из товарищей не останавливался, будто под гипнозом, они шли по прямой, хоть давно пора было свернуть и обойти препятствие. Значит, именно так пропадают люди… А звуки, раздававшиеся сейчас в полной тишине, были красивы, хотелось прислушаться к ним повнимательнее. Но нет времени! Нужно остановить командира и остальных.

Доронин непонимающе смотрел в лицо Дениса, когда тот развернул его в сторону от провала, не слыша слов бойца и вяло пытаясь освободиться. Оставался один способ вернуть его в сознание: заглушить дьявольские звуки, способные убивать. До собственного автомата было не дотянуться, нужно еще и удержать командира почти на самом краю, поэтому стрелять пришлось из пистолета самого Доронина, в спешке рванув его из кобуры.

Вспышка осветила темную яму. Открывшегося зрелища хватило, чтобы в ужасе отскочить подальше, оттаскивая и командира. Тот уже приходил в себя. Наступила тишина, только эхо выстрелов носилось по тоннелю. Те, кто не слышал «сирен», заткнув уши еще на станции, теперь спешили назад. Грохот «макарова» проникал даже сквозь плотную вату.

– Я вам говорил! – Индеец тряс головой, пытаясь избавиться от наваждения и звона в ушах после выстрела. – Предупреждал ведь… Там, наверху, я хоть врага вижу, могу обороняться. А тут сгинешь ни за что в какой-то яме!

– Если тут братская могила, почему я не чувствую, что воняет? – Доронин не мог позволить себе долго раскисать и уже собрался с мыслями. Если быстро подобрать оброненный командирский авторитет, авось никто промаха и не заметит. – Дай-ка, я посмотрю…

Бездонный провал таил в себе что-то живое. Одно существо ворочалось там внизу, или скопление маленьких плотоядных тварей распевало хором на весь тоннель и заманивало жертвы? Доронин так и не включил фонарь. Никто не осудит его за трусость, но рассматривать этого  противника он не хотел. Да и если увидит, кому от этого станет лучше?..

* * *

Елене хотелось спрятаться ото всех. Дядя заснул, ему стало получше, можно было отправляться спать, но спать не хотелось. Так и пролежала до самого утра, глядя в потолок. Считала часы до рассвета, пыталась вообразить, где сейчас находится отряд московских сталкеров. Командир внушал уважение, Елена верила ему, с таким было бы не страшно. Но не судьба… Конечно, не о командире она думала больше всего, а о Денисе!

Динька. Стеснительный и сомневающийся, но такой искренний, он не мог сказать о том, что влюблен, и скрыть оказался не в состоянии. Так хотелось пригладить взъерошенные волосы, провести ладонью по его щеке. Почему она этого не сделала?! Но когда уже точно стало известно, что Денис уходит… Хоть на пару минут можно обнять его, запомнить, какой Динька теплый, прижаться щекой к его плечу, потому что сейчас он совсем близко, но увидятся еще очень нескоро.