Изменить размер шрифта - +
Для крупных игроков — всё что угодно.

Утром в понедельник он вернулся в аэропорт Монтерея на том же самом самолете, предоставленном казино. Летчик одолжил ему десять центов позвонить другу, чтобы тот приехал за ним и отвез его домой в Кармель. Он задолжал 30 тысяч, и два месяца спустя к нему в дверь постучались ребята из самого сурового агентства по взысканию долгов.

Он продал свой магазинчик, но все равно не хватило. Ничего, подождут, говорил он, но когда его отделали, то убедился, что лучше занять денег и расплатиться полностью.

 

Системная игромания — очень жесткий бизнес, и Рено по сравнению с Лас-Вегасом — это детский утренник. Для проигравшего Вегас — самый злой город на свете. Еще год назад на окраине Лас-Вегас висел гигантский плакат:

 

«НЕ ИГРАЙТЕ С МАРИХУАНОЙ!

В НЕВАДЕ

ХРАНЕНИЕ — 20 ЛЕТ ТЮРЬМЫ

СБЫТ — ПОЖИЗНЕННЫЙ СРОК!»

 

Так что я не очень уверенно чувствовал себя, разъезжая субботним вечером по казино под кислотой в набитой марихуаной машине. Несколько раз мы чуть не спалились: в один из них я попытался въехать на Большой красной акуле в прачечную отеля «Лендмарк», но дверной проем оказался слишком узок, и люди внутри пришли в нездоровое возбуждение.

 

Мы заехали в «Дезерт Инн» посмотреть представление с Дебби Рейнольдс и Гарри Джеймсом. «Не знаю как у тебя, — сказал я своему адвокату, — но в моей профессии важно быть в теме».

— В моей тоже, — ответил он. — Но как твой адвокат, советую заехать в «Тропикану и заценить Гая Ломбардо. Он выступает в Синем зале со своими «Роял Канадианс».

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем я буду выкладывать свои кровные — поглазеть на труп?

— Слушай, мы вообще для чего здесь? Ради развлечений или по работе?

— Конечно по работе, — ответил я. Мы наворачивали круги по автостоянке казино «Дюны», которое оказалось потом «Тандербердом» … или «Гасиендой» …

Мой адвокат изучал журнал «Вегас Визитор» на предмет куда бы сходить. «Смотри-ка — «Игровые автоматы Ника-четвертака? — спросил он. — Горячие щёлки. Жесть …. Хотдоги по двадцать девять центов …

Вдруг какие-то люди стали на нас кричать. Мы влипли. Два громилы в красно-золотых шинелях нависли над капотом: «Вы что делаете? Здесь нельзя парковаться!»

«А что?» — спросил я. Нормальное место для стоянки, вокруг свободно. Я так долго искал, где припарковаться. Слишком долго. Я был готов бросить машину и вызвать такси … но тут, ура, мы нашли это место.

Которое оказалось тротуаром у главного входа в «Дезерт Инн». К тому времени я переехал через столько бордюров, что последний просто не заметил. Но теперь мы оказались в труднообъяснимом положении … загородили вход, громилы на нас орут, скверная неразбериха …

Мой адвокат мигом выскочил из машины, размахивая пятидолларовой банкнотой. «Припаркуйте машину! Я старый друг Дебби. Я её жарил!»

На миг мне показалось, что он всё испортил … Но тут один из швейцаров протянул руку за банкнотой со словами: «Ладно, ладно, я позабочусь об этом, сэр». И выдал парковочный купон.

— Охренеть! — сказал я, когда мы поспешно преодолевали вестибюль. — Нас чуть не спалили. Быстро ты сообразил.

— А ты чего ожидал? — Я ведь твой адвокат … и с тебя пять баксов. Давай сюда».

Я пожал плечами и отдал ему деньги. В пафосном, выложенном толстым слоем орлона вестибюле «Дезерт Инна» казалось неуместным торговаться из мелких взяток парковщику.

Быстрый переход
Мы в Instagram