— Бинго, — тихо пробормотал он, сунул руку в карман и достал еще один пластиковый пакетик, такой же, как тот, что он вручил Уолтеру. Быстро взглянув на меня, он вопросительно показал глазами на пакетик.

— О, — только и могла сказать я. — Хм, нет, спасибо. Репутация — и все такое, — я попыталась обратить дело в шутку.

— Твое дело, — он кивнул. — Впрочем, на твоем месте я бы не упустил возможности.

— Почему? — напряжение в воздухе было почти осязаемым.

— Уж поверь мне, — с коротким смешком отозвался он, убирая пакетик и доставая сигареты. — Как насчет этого?

С шестого класса я прекрасно знала о Давлении Окружающих, Плохом Влиянии и Умении Сказать «Нет», но сейчас я чувствовала, что я могу быть кем-то другим. Например, девушкой, которая целуется в машине с парнем. Девушкой, которая отказала Майку Эвансу. Девушкой, которая курит. Я могла быть, кем угодно.

Из глаз вновь брызнули слезы, и я сильно закашлялась после первой глубокой затяжки, рот словно наполнился дымом. Ощущение не из приятнейших, но во мне как будто что-то изменилось, словно я прыгнула в теплую воду, вынырнула, и теперь меня ласкали волны, и согревало солнце.

Когда мы закончили с сигаретами, Роджерсон открыл дверь машины и убрал пачку, зажигалку и пакетик под сиденье, повернулся ко мне и поцеловал. Это было восхитительно, я могла бы стоять так вечно — но он отстранился и улыбнулся.

— Готова?

— Конечно, — я была готова ко всему, хоть и не знала, что ожидает впереди. Да, впрочем, какая разница, если рядом Роджерсон!

— Открой рот, — сказал он, и, когда я подчинилась, он брызнул чем-то мятным и свежим. — Надеюсь, ты не против?

— Против? — повторила я, чувствуя во рту вкус мяты.

— Освежитель дыхания, — пояснил он. — «Завтрак чемпиона», — он пшикнул освежителем и себе в рот.

— Нет, но в следующий раз, надеюсь, ты предупредишь меня, — улыбнулась я.

— Заметано. Ну, пойдем?

Я кивнула (в который раз за этот вечер?), и мы направились к особняку. Проходя мимо машин, Роджерсон быстрым движением отряхнул и одернул футболку, откинул назад волосы. Мне это почему-то показалось смешным.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась я. Всё, на что бы я ни посмотрела, казалось нечетким и размытым, как будто я видела все это на экране телевизора.

— Это всё волосы, — серьезно ответил Роджерсон. — Они их пугают.

Я расхохоталась.

— Пугают кого?

Он схватил меня за руку, мы зачем-то пригнулись, сев на корточки, и тут входная дверь открылась, и я увидела Бобби Биско: то самое лицо, способное украсить любой рекламный плакат. Она была смуглой, как и Роджерсон — позже я узнала, что её предки были родом из Греции.

— Роджерсон Биско! — громко позвала она. Роджерсон нехотя встал и потянул меня за собой. Зачем тогда мы садились? — Где ты был?

— Мама, — начал парень.

— Ты должен был быть на встрече сегодня, — оборвала она его. — Твой отец недоволен, и в этот раз я не собираюсь выгораживать тебя перед ним. Заходи.

Мы последовали за ней в дом. Остановившись посреди ярко освещенного холла, она повернулась к нам.

— Мама, — снова сказал Роджерсон тихим голосом, — познакомься.