Такое привычное изображение отходило на второй план, а на первом медленно проступали знакомые по многочисленным фильмам ужасов черты. Михаил помотал головой, но видение не исчезло. Оно стало гораздо ярче и отчетливее. Михаил заметил, что волосы на отражении становятся дыбом и посмеялся над трусостью двойника, пока не сообразил, что боится он сам. А когда сообразил, то не только волосы, а даже брови распушились от страха: на него люто смотрела маленькая, в плаще и с косой в руках Смерть. Михаил отступил. Взгляд его упал на записку, лежащую на тумбочке. Холодея, он схватился за нее и прочитал:

- "Ушла на день рождения!" Ушла?!! Без меня?!! - мысль о том, что мимо него протекут несколько литров выпивки, показалась ему гораздо страшнее лица из зеркала, на которое он непроизвольно перевел взгляд и тут же пожалел об этом. Смерть смотрела на него, а коса вроде как снималась с плеча. Михаил дотянулся до выключателя, попытавшись выключить свет в надежде, что Смерть исчезнет во тьме, но она не исчезла, а засветилась слабым призрачным светом, став еще ужаснее.

Михаила охватил озноб, к горлу подкатила тошнота. Он бросился в ванную. Успев включить свет, он открыл холодную воду до упора и сунул голову под кран, стояв так до тех пор, пока не почувствовал, что еще секунда - и он превратится в сосульку. Его вырвало.

Полезли крайне нехорошие мысли про белую горячку. Он помнил, как смеялся над такими выпивохами, но теперь ему было далеко не до смеха.

- Допился! - ехидно заметил внутренний голос. - Поздравляю тебя! Скоро ты будешь жить в приличном домике желтого цвета, а за тобой будут следить так, как не следят за президентами! Там ты получишь столько разного, что будешь сыт этим по горло задолго до того, когда впервые это попробуешь!

- Брысь! - попытавшись отогнать мысли о неизбежном Михаил. - Это пройдет! Намешали в самогон всякой дряни, а нам расплачиваться!

- Что со мной?

- Это ты у меня спрашиваешь? Ну, давай определять! - обрадовал голос. Пожелай, чтобы из крана потек чистый спирт. Если потечет, то у тебя Белая Горячка. Если не потечет, то у нас воду отключили.

- А пошел бы ты... Я же не пьяница какой, я всей душой за спорт! отбросив полотенце в сторону, он непроизвольно впился взглядом в зеркало на двери.

Зря.

На него смотрел череп Смерти. Зловещая ухмылка, блестящие металлические зубы а-ля Терминатор, горящие красные глаза, гипнотически проникающие прямиком в спинной мозг, уверенности в завтрашнем дне не внушали. Михаил отшатнулся, столкнув с полочки многочисленные баночки и бутылочки.

Зеркало треснуло и покрылось сетью трещинок, как будто Смерть стремилась выйти наружу.

- Аааааа!!! - закричал Михаил и бросился в комнату. Ему казалось, что Смерть вот-вот настигнет его, и тогда случится такое, такое...

Он споткнулся и растянулся на полу в зале. Что-то липкое и влажное намочило руки и голову.

- Что за черт? - вырвалось у него. Он с трудом поднялся, едва сохраняя равновесие, и стал искать выключатель. Раздался тихий смех, пробуждая в нем дикую ярость. Сжав кулак, он гневно стукнул по выключателю, а в следующий миг его едва не хватил инфаркт: кругом была кровь. На полу была кровь, на стенах была кровь, с потолка капала кровь, и он сам был в крови, но это были мелочи, потому что тихий смех перерос в злобнейшее рычание стаи рассерженных львов, пробравшее до косточек, а из шкафа в комнату вывалилась фигура в черном. Он окосел.

Смерть раскрыла челюсти, дернулась в его сторону и диким злобным смехом взмахнула косой, с которой полетели брызги крови. Михаил не выдержал, ноги подкосились, коса прошла в сантиметре над его головой, со свистом рассекая воздух. Он рухнул на пол и потерял сознание.

Утром он очнулся. Он резко сел и осмотрелся: нигде не было ни следа крови. Голова болела ужасно, кто-то здорово намолотил по ней молоточками, но, главное, что не было Смерти, а молотобойцы пусть стучат, теперь не жалко.