— Да. Его построил мой прапрадедушка в конце девятнадцатого века.

— Ты позволишь мне помочь тебе с ремонтом, пока я буду здесь жить?

— А у меня есть выбор?

— Нет.

— Тогда зачем ты спросил?

— Мама учила меня быть вежливым.

Гвен подозрительно прищурилась.

— Я согласна, если все дело только в вежливости. — В ее голосе звучали ледяные нотки.

Они продолжили путь по дому. Деклан расспрашивал Гвен о ее планах относительно каждой комнаты, высказывал свои идеи. Когда они остановились около одной из спален, женщина заколебалась.

— Это — твоя комната… — Найт заметил, с каким нежеланием Гвен смирилась с тем фактом, что ему понадобится комната в этом доме. — Ты можешь остановиться в гостевой спальне. Сейчас она завалена коробками, но я могу перенести их в гостиную.

Старая дверная ручка тускло сверкнула в руке Деклана. Со стен уже частично были ободраны пожелтевшие от времени обои, на полу лежал ветхий ковер.

— Прости, но я не ждала гостей.

Снова этот жест. Гвен вздернула подбородок так, словно бросала вызов всему окружающему миру. Включая самого Деклана. Он неожиданно почувствовал острую необходимость достойно ответить на брошенный вызов. К черту правила приличия. Он может победить.

Найт тряхнул головой. Это же Гвен. Единственная женщина на планете, с которой ему не следовало связываться, и к которой он пообещал никогда больше не прикасаться. Деклан критически оглядел комнату.

— Ничего. Если я закончу очищать стены и избавлюсь от ковра, здесь можно будет жить. Ты не против, если я перевезу сюда кое-что из своей мебели?

— Конечно нет. Я и не надеялась, что ты захочешь спать на полу.

— Тогда я переберусь в течение этой недели.

— Не хочешь ждать до свадьбы?

— А зачем? — Деклан бросил на нее обезоруживающий взгляд. — После свадьбы нам придется устроить медовый месяц.

— Медовый месяц? Я не собираюсь никуда с тобой ехать.

— Не волнуйся, Гвен. Это всего лишь игра, помнишь? Нам не придется никуда уезжать. Мы останемся здесь и продолжим ремонт. Вместе.

Деклан с интересом наблюдал, как его невеста пытается найти подходящий аргумент, чтобы возразить, и был очень разочарован, когда она просто пожала плечами.

— Хорошо. Я переживу.

Она-то точно сможет все пережить, думал Деклан уже в автомобиле по пути домой. Слова Гвен до сих пор звенели в его ушах. Но сможет ли он смириться с вечным напоминанием о том, что он любил и потерял, только ради лишь благополучия компании? Что ж, так или иначе, скоро Деклан это выяснит.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Гвен лежала в постели, зарывшись лицом в подушку.

Во входную дверь громко постучали.

С неимоверным усилием женщина открыла глаза и уставилась на перламутровый циферблат настенных часов. Семь часов! Кого могло принести сюда в воскресенье с утра? Гвен выскользнула из постели и накинула халат. Плечи моментально заныли, напоминая о том, что она полночи перетаскивала коробки из гостевой спальни в гостиную.

Стук в дверь повторился.

— Гвен? С тобой все в порядке?

Деклан! Он-то что здесь в такую рань забыл? Когда вчера Найт наконец ушел, Гвен подумала, что он вряд ли появится раньше, чем перевезет мебель для своей комнаты. Она надеялась побыть в одиночестве хотя бы до среды.

— Иду! — Она повернула ключ в замке. — Что случилось?

— Тебе следовало бы установить звонок, — улыбнулся в ответ Деклан. Его темные волосы были собраны в хвост, вместо привычных костюма и галстука на этот раз на нем красовались выцветшая футболка и поношенные джинсы.