Мария расхохоталась.

– Пока что в моей жизни более чем достаточно мужчин, спасибо. Хотя женское коварство – это мощное оружие, ведь так? Вы со мной согласны?

Его голос зазвучал тише:

– Особенно когда его пускает в ход столь соблазнительная женщина, как вы.

– Я приняла решение касательно вашего предложения, – произнесла Мария строгим тоном, означавшим, что настала пора кончать с шутками и приступать к деловому разговору.

Граф улыбнулся, поднося чашку к губам:

– Отлично.

– Это обойдется вам дороже, чем мое избавление от Уэлтона и секретной службы.

– Неужели? – Он прищурился.

– Много дороже, – повторила Мария.

– И насколько же дороже? – спросил он вдруг осипшим голосом.

Она беззаботно помахала рукой и улыбнулась:

– Я отказываюсь обсуждать финансовые дела без посредничества моего адвоката. Я нахожу это в высшей степени вульгарным и зачастую неприятным. Я дам вам его адрес, и вы сможете через него оплатить все мои счета.

Эддингтон поставил чашку на столик с чрезмерной осторожностью.

– Деньги? – Он перевел дыхание. Он был умным человеком. Он догадывался, что леди Уинтер дорого ему обойдется. – А что, если я не считаю, что Сент-Джон стоит так дорого?

– У вас один-единственный свидетель, и то если он еще жив. А если нет, то у вас вообще ничего нет. Кроме меня.

– И вы будете свидетельствовать против него? – спросил Эддингтон, еще больше насторожившись.

Она кивнула.

– А как насчет смертей Дэйтона и Уинтера?

– А что насчет них?

– Ведь вы же здесь главная подозреваемая.

Мария улыбнулась:

– Может, я убила их, милорд. А может, и нет. Я даю вам полную свободу доказать то или иное.

– А откуда мне знать, можно ли вам верить или нет?

– Этого вам не узнать никоим образом. Точно так же, как мне неизвестно: может, все это всего лишь хитроумная уловка, дабы обвинить меня в смерти моих мужей? – Мария пожала плечами. – Вы же сами заявили, что это риск, на который вы пошли добровольно. Если вы передумали, то вы вольны уйти. Хоть прямо сейчас.

Граф долго смотрел на нее испытующим взглядом.

– Я так и не могу с уверенностью сказать, кто вы: то ли вы демон под маской искусительницы, то ли жертва вашего ближайшего окружения.

– Я сама ежедневно задаюсь этим же вопросом, милорд. И очень подозреваю, что во мне есть понемножку и того и другого. – Она встала, вынуждая его тоже подняться. – Если вы найдете хоть сколько-нибудь достоверный ответ, пожалуйста, дайте мне знать.

Граф обошел столик и встал перед ней. Он стоял так близко, что Мария слышала его прерывистое дыхание. Эддингтон намеревался запугать ее, подавить своей властью, но она была не из пугливых. Из них двоих Мария обладала большей реальной силой. Без нее у Эддингтона не было ничего, кроме предположений. Ни единой возможности пробить защитные редуты Сент-Джона.

– Действуйте осторожно, – предостерег ее Эддингтон, в его голосе слышалась затаенная угроза. – Я уезжаю сегодня вечером, и меня не будет пару недель, но мне будет известен каждый ваш шаг.

– Ну конечно же.

Вскоре после ухода графа Мария встала с постели и направилась в кабинет, где написала записку Уэлтону, тут же отправив ее. Раздался стук в открытую дверь, и она улыбнулась, увидев Саймона.

– Ты выглядишь как кошка перед сметаной, – заявил он.

– Я убедила Эддингтона финансировать мои поиски Амелии.