Недовольно шмыгнув носом, дворецкий выполнил это требование и проводил его в ту же гостиную, где он накануне беседовал с лордом Уэлтоном. Оставшись один, Кристофер осмотрелся при дневном свете, отметив изысканную позолоченную лепнину, украшавшую светло-серые стены. Он терпеть не мог ждать и еле сдерживал себя, чтобы не начать расхаживать по комнате. Многие страдали подобной привычкой, но Кристофер не желал быть одним из многих.

Наконец дверь открылась и вошла Мария. Он взглянул на нее и испугался собственной реакции, увидев леди Уинтер в будничной одежде. Ее наряд был странно интимным и напомнил ему прошлую ночь, когда Мария была в его объятиях, такая теплая и сладострастная. Он не мог сейчас думать ни о чем другом, кроме как вновь оказаться в постели с ней, почувствовать на своих губах, вкус ее поцелуя.

Кристофер подошел к ней быстрым шагом, стремясь поскорее завладеть ее губами и заново пережить восхитительные мгновения вчерашнего вечера. Помня о состоянии ее здоровья, пират с чрезвычайной осторожностью обнял ее, чуть нагнув голову, и нежно поцеловал. Мария какое-то мгновение стояла недвижно, но затем уступила, ответив на его ласки.

Он облизывал, покусывал, казалось, готов был съесть ее, словно десерт, которым никак не мог насытиться. Его кожа сначала нагрелась, затем увлажнилась от пота, каждый мускул напрягся от неутоленного желания. И это всего лишь от поцелуя, а ведь Сент-Джон раньше никогда не получал удовольствия от предварительных ласк, считая их ненужной помехой, отвлекающей от полноценного секса.

Но Боже милостивый… Поцелуи Марии сами по себе уже были сексуальным актом. Он оторвался лишь потому, что ему требовалось перевести дух, просто подышать. Конечно же, это было единственной причиной, из-за чего он почувствовал головокружение.

Мария открыла глаза, явив ему их бездонные завораживающие глубины.

– Восхитительно, – пробормотала она, облизнувшись.

Низкий грудной голос леди Уинтер еще больше возбудил его. Кристофер зарычал от страсти, обхватив ее лицо ладонями.

– Послушай. Я должен уехать сегодня. Возникли непредвиденные обстоятельства, требующие моего безотлагательного присутствия. Скажи мне сейчас, нет ли у тебя еще каких-нибудь безумных, шальных планов? Я могу выделить несколько человек для твоей охраны.

– Я собираюсь на каникулы, буду отдыхать и стараться поправиться.

– Хорошо. – Пальцы Сент-Джона сжались крепче, но он тут же разжал их. Что-то в ее поведении вызывало в нем смутное подозрение. Все равно он выделит людей дополнительно, чтобы охранять ее. – И куда ты собираешься поехать?

– Я еще не решила…

– И когда ты отправишься?

– Сегодня.

– А когда вернешься?

Мария рассмеялась, ее глаза светились. Вспухшие от поцелуев губы и черные, как вороново крыло, волосы делали ее невыносимо прекрасной.

– Ты будешь скучать по мне?

– Надеюсь, что нет, – буркнул Кристофер в ответ, зная, что он ни в коем случае не должен признаваться ей в своих истинных чувствах.

– А я буду скучать.

Он бросил на Марию настороженный взгляд:

– Ты действительно будешь скучать?

– Да нет. Просто надо же было что-то сказать.

– Стерва. – Сент-Джон разочарованно усмехнулся. Он понимал, что она играла с ним, поддразнивала его, это было видно по тому, как она смотрела на него, и все же очень хотелось верить, что Мария была искренна с ним.

– Кристофер? – позвала Мария, когда молчание слишком затянулось. – Ты сегодня сам на себя не похож.

– Это ты сегодня другая, – тихо ответил Сент-Джон. Он сразу заметил, что настроение у Марии было гораздо лучше, чем обычно.