— Ну и что? Я должен жить так, как они скажут, мама?

— Я понимаю, Максим. А ты не мог бы меня познакомить с ними?

— Мама, они не мои невесты, просто друзья! — простонал Романов. — Я тебя обязательно познакомлю, когда выберу… Но они не то, понимаешь? Дети… Они, конечно, хотели покататься в красивой машине — и покатались. Ну и что?!

— Извини, Максим. Действительно чушь какая-то. Ладно, я тут проведу работу среди наших баб, а то они только и шепчутся о твоих московских дамах. Не бери дурного в голову, я просто хотела сказать, что помогу. Ну все, я пошла.

Романов разложил на столе бумаги, тупо уставился на них, вспоминая вчерашнее свидание.

— Лягушки квакают… Камыш шумит… Тебе это ничего не напоминает, Максим?

— «Шумел камыш, деревья гнулись…»

— «А ночка темная была…» И еще — «Там не одна трава помята, помята девичья краса…»

— И я в этом виноват?

— Нет-нет-нет! Я сама так хотела, понимаешь? А в песне она ведь тоже сама хотела, верно?

— И чем это кончилось? Оденься, Саманта. Я не могу спокойно смотреть на тебя, голую… ниже пояса.

— Смотри, Макс, мне ни чуточки не стыдно. Так хочется, чтобы ты смотрел на меня, совсем голую, правда. А я буду на тебя смотреть.

— Нет, хватит. Это какое-то сумасшествие. Пожалуйста, Саманта… Я идиот, но я не могу ничего сказать сейчас. Понимаешь, все слишком сложно…

— Я очень хорошо тебя понимаю.

— Да перестань. Что ты можешь понимать? А я полным идиотом себя чувствую. Мужик, который говорит: «Мне нужно подумать…» Да что это такое получается?

— Мне двадцать три, и я знаю, что ты уже раз обжегся, когда женился на городской девушке. Это же естественно — подумать, прежде чем принять решение, тем более я сама выгляжу странно. А у меня… думаешь, не было ухажеров? Все выбирала, да так и не выбрала.

— А теперь, выходит…

— Теперь выходит. Ох, Макс, я ничего от тебя не требую. Просто мне жутко хорошо сейчас, правда-правда…

— Глупая ты девчонка, Саманта…

— Нет, Макс, я жестокая и практичная. Я с такими авторитетами имела дело — вспомнить страшно. Но все это надоело, понимаешь? Я хочу быть просто женщиной, сажать редиску в огороде, кормить детей. Там, в Москве, это уже, наверное, невозможно. Не верится, понимаешь? А здесь — да. С тобой или без тебя, я хочу быть просто бабой, понимаешь?

— Оденься, Саманта…

— Как прикажешь…

Романов закусил губу. Она не врала, говорила правду.

Но… надолго ли ее хватит здесь, эту московскую девчонку? Что она знает о жизни в станице? Когда приезжаешь на пару недель, все это кажется раем, а потом… Ирина долго терпела, но все же сбежала. Нужно ли ему еще одно такое приключение? Да нет, конечно. Следует выбрать красивую местную женщину, жениться и жить, как все нормальные люди.

Да вот беда, среди местных красавиц ни одна не интересовала его как женщина! И Саманта не интересовала… до тех пор, пока не случилось вчерашнее происшествие. Она была так уверена в себе, так хотела поменять Москву на Левобережную…

А ведь девушка и вправду сильная. Коллега по восточным единоборствам. А там люди все дисциплинированные, за свои слова отвечают сполна. Да, черт возьми, она стала женщиной, он ее первый мужчина, это же дорогого стоит! Теперь она не просто странная москвичка, а… его Саманта? Так получается?

Робкий стук в дверь отвлек его от напряженных размышлений.