— Да! Войдите.

Вошла техничка Ольга Васильевна, сухощавая пожилая женщина. Прикрыла за собой дверь, остановилась.

— Максим Игоревич… Там какая-то иностранка хочет вас видеть. Самантой кличут. Американка, что ль?

— Спасибо, Ольга Васильевна. Она русская, просто имя такое… Спасибо. Я сейчас выйду.

Романов глубоко вздохнул, минут пять сидел в кресле после того, как техничка удалилась, а потом пошел к двери.

— Саманта, это глупо приезжать в школу, — сказал он, садясь на переднее сиденье джипа. — Ты хочешь, чтобы вся станица судачила о нас?

— Уже четыре, Максим, я думала, твой рабочий день закончился и я могу подвезти тебя домой. А потом покатать твоих детей, мы ведь обещали им вчера, помнишь?

— Сначала пусть уроки сделают. — Романов не выдержал, чмокнул девушку в щеку, такая она была симпатичная, такая добрая…

— Но тебя-то могу подвезти? Максим, что мне еще сделать для тебя, скажи.

— Ничего больше, ты уже все сделала. Подвези меня домой. Но извини, на чашку чаю или кофе не могу тебя пригласить. И так вся станица судачит о моих любовных похождениях.

— Ладно, подвезу. Ты знаешь, к Вальке завтра муж прилетает.

— Соскучился?

— Более того! Этот крутой хозяин двух казино и ресторанов, знакомый с сильными мира сего, взял из пансиона дочку Валентины и просто очаровал ее. Они вместе прилетают, а Валька не знает, что ей делать. Она хотела развестись с ним именно из-за дочки, ну и… другие причины были. Но теперь совсем растерялась.

— Ну и зря, — с грустной усмешкой сказал Романов. — Если все у нее нормально, так пусть радуется.

Машина остановилась у его двора, они вышли из нее, Саманта обняла Романова.

— Максим, а когда дети уроки сделают, я смогу их покатать на машине? Обещала ведь. Завтра босс прилетит, тогда уже совсем другой расклад получится.

— Там видно будет, Саманта. Приезжай часов в семь, думаю, дети сделают уроки мигом и будут тебя ждать. А потом мы выпьем по рюмке водки и закусим вчерашней капустой.

— Не на озере? — с намеком спросила она.

— Нет, в кухне, — улыбнулся Романов.

— А ты хочешь этого?

— Да, хочу.

Саманта несколько раз страстно поцеловала его в губы.

— Пожалуйста, не компрометируй меня, — прошептал он. И сказал нормальным голосом: — Кстати, я так и не знаю теперешнюю фамилию Вали.

— Барсукова. А ее мужа зовут…

— Извини, это меня не интересует.

Когда Саманта села в машину, Марина Луговая решительно вышла на улицу, направилась к Романову, махая руками. Саманта не спешила трогаться с места, глядя на симпатичную женщину, которая с улыбкой спешила к Максу. Любовница? Или — кто она такая, чего хочет?

Марина подбежала к растерянному Романову, обняла его, чмокнула в щеку.

— Ох, Макс, я так рада, что у тебя появилась красивая женщина, правда, Макс! Теперь мой дурак не будет ревновать меня по всякому поводу.

— Спасибо на добром слове, Марина Васильевна. Но это… просто подруга…

— Да ладно, я же видела, как вы вчера уезжали, как приезжали. Правда, Макс, я жутко рада за тебя. Ты хорошая девка, — сказала она Саманте. — Вы будете отличной парочкой!

Эту сцену видел ревнивый Павел Иванович Луговой и понял — он выследил жену! Обнимается, целуется с директором школы прямо на улице! Его «мерседес» вырвался из переулка, тормознул возле джипа, а сам Луговой выскочил из машины, влепил звонкую пощечину жене.