– Это правда? – Глаза Скальфа сузились от любопытства.

– Да ты же сам его в тот день видел. Не помнишь, у него было с собой что-нибудь?

Он покачал головой, а затем, надеясь извлечь какую-то выгоду из ответа, добавил:

– У него была веревка, шахтерская каска и лампа. Все от его папаши. Я спросил его, куда это он с таким хозяйством собрался и уж не решил ли таким образом стать шахтером. А тут он мне и ответил насчет крота, который роется в земле. А куда собирается, так и не сказал. И собака его при нем была.

– Собака? Что за собака?

– Коричневая такая. Вечно брал ее с собой на охоту. Но тогда она уже ослепла от старости.

– Ее звали Рори?

Это имя Принт пару раз произносил на кассете. Скальф кивнул.

– Из-за этой собаки мы в конце концов и проведали, что случилось с Принтом.

– Что ты имеешь в виду? – я буквально остолбенел. – Ты же сказал, что он пропал.

– А он и точно пропал. Только, сдается, никак не рассчитывал, что собака за ним увяжется, – Скальф прислонился к двери, по-прежнему держа меня на мушке. – Рори нашли в двадцати милях отсюда. Он сидел под дождем у входа в Утраченную Надежду. Эта такая большая пещера под Спрингфилдом. Сейчас ее называют гротом. Провели освещение, водят туристов. Мотель там и всякое такое. А тогда это была просто здоровущая яма. Рори нашли недели через три как пропал Принт. Собака чуть не околела с голоду. Но никого к себе не подпускала. Престон Бегли с другими шахтерами спустился в пещеру искать Принта. Но так ничего и не нашли.

Скальф замолк и задумчиво поскреб щеку, как будто решая для самого себя, с какой стати он мне все это рассказал.

– Страшная смерть, если боишься темноты... Сукин он сын! Не хочу и думать, что с ним там сталось. Утраченная Надежда уходит в землю, ей нет конца. До самого ада, считай, доходит. Конца до сих пор не нашли, вот так-то. Наверное, потому и тело не отыскали.

– А что стало с Рори?

– Он не отходил от пещеры, поэтому Престон пристрелил его.

– А почему ты не рассказал мне все это прошлым вечером?

– Почему я не рассказал тебе? – повторил, словно не веря собственным ушам, Скальф, затем откинул голову и разразился зычным хохотом.

– Что тут смешного?

– Ты, видать, держишь меня за идиота, – отозвался он, стирая с глаз слезы. – Стоило на тебя посмотреть: было видно, что ты взял след. Не знаю, какой. И что, надо было помочь тебе управиться с этим делом? Так что давай копай и показывай, что Принт здесь припрятал.

– А если там ничего не будет?

Скальф сперва ничего не ответил на это. Он вновь прицелился в меня, и злая ухмылка расползлась, казалось, по всему его лицу. Внезапно он посмотрел на меня в упор и сказал:

– Я убью тебя, жопа.

Я отвернулся от него и, по-прежнему стоя на коленях, но уже лицом к печи, начал нервно дергать отстающие от пола половицы. Я старался держаться так, чтобы Скальфу не было видно, что именно я делаю. Отдирая одну половицу за другой из-под основания печи, я складывал их в стопку. Вскоре между полом и фундаментом я обнаружил тайник глубиной примерно в фут.

Посмотрев в эту щель, я увидел там нечто спрятанное. Это была книга под густым слоем пыли и паутины. Ее переплет с застежками в виде собачьих ушей был черно-зеленым и поблескивал, как чешуя ящерицы.

– Ну что, ты вспомнил это число? – спросил я, стараясь отвлечь его разговором. – День, когда Принт пропал?

– Второго августа сорок пятого, – ответил Скальф, все еще обуреваемый смехом.