Пока он вещал, я бегло оглядел присутствующих за выставленными буквой «П» столами. Навскидку чуть меньше семидесяти кровососов. Если вспомнить, что в их общине около сотни разумных, вычесть отсутствующих: детей, семьи несогласных с Мелькиным да тех, кому хорошенько досталось в прошлой битве, то расчеты сходятся.

— Эй ты, крово… — начал было Арнольд, но, положив руку на плечо брата, Адда прервала его и кивком указала на меня. Глава семейства вспомнил, что он — Страж, которому не пристало лезть вперед Господина, и замолчал.

Улыбнувшись им, я снова повернулся к вампирам и громко произнес:

— Леонид Федорович предположил, что мы прибыли сделать важное заявление, — я обращался сразу ко всей общине, старался заглянуть им в глаза, пытался нести слова прямо в души молчаливых слушателей. — И он прав. Вот только заявление это будет другим. Слушайте, уважаемые члены общины! Вашего предыдущего главу Бладинского Бориса Юрьевича убил демон по имени Янет Валакс и его Страж — оборотень Герд Ферлейн. Ни я, ни Арнольд к этому преступлению не имеем никакого отношения. Наследник Бориса Юрьевича — законный глава общины Валерий Борисович, предполагал это, но из-за интриг Леонида Федоровича оказался задвинут подальше. А вот сам Леонид Федорович прекрасно знал, кто убил Бориса Юрьевича, более того сейчас сотрудничает с убийцами. Да что уж… сотрудничал и раньше, сливая внутреннюю информацию о фирме Клыкова Сергея Андреевича конкурирующей фирме, управляемой Куприной Ириной Константиновной, которая является ныне еще одним Стражем Янета Валакса.

Большая часть вампиров так и продолжала внешне безучастно пялиться на меня. Правда, некоторые члены общины — те, что помоложе, на две-три секунды изумленно округлили глаза, повертели головами, анализируя реакцию собратьев, но быстро взяли эмоции под контроль.

— Ты врешь, — спокойно произнес Мелькин. — Я ничего этого не делал.

— Может быть, не передавал информацию лично, — кивнул я, — но уж точно знал, что в фирме Клыкова завелась крыса. И закрывал на это глаза. В остальном же я сказал абсолютнейшую правду.

Вампирский узурпатор даже глазом не повел. Вместо этого совершенно безэмоционально ответил:

— Вы можете говорить все, что угодно. Но верить вам мы не собираемся. Если продолжите клеветать, мы будем вынуждены вызвать полицию. Понимаю, у вас, — кивок на Оглоблина, — широкие связи, однако не думаю, что вам нужны лишние проблемы. Уходите, — это уже мне, — у нас собрание общины, на нем не должны присутствовать чужаки.

Я уже открыл рот, чтобы ответить, как неожиданно из-за стола поднялся высокий седовласый вампир с длинной ухоженной бородой и подкрученными усами.

— Постой, Леонид, — громогласно пророкотал он, — мы не можем игнорировать подобные обвинения, — пожилой мужчина повернулся ко мне, пристально посмотрев в глаза. — Вы можете подтвердить свои слова.

— Могу, — кивнул я, — для начала подумайте, почему на вашем собрании нет Валерия Борисовича? Или Сергея Андреевича?

— Это ни для кого не загадка, молодой демон, — покачал он головой. — Валерий не смог принять смерть отца и теперь пребывает в глубокой депрессии. Он не выходит из дома, но с ним все в порядке — его семья помогает ему, и вскоре Валерий вернется. Сергей же приболел. И с ним тоже находится его семья.

— Вампиры могут болеть? — еле слышно спросил Андрей за моей спиной.

— Могут, но другими болезнями, — также шепотом ответила ему Кимира.