— Конечно. Саммер прислала мне по электронной почте подробности вашей мадагаскарской загадки. Я настоял, чтобы вы оба приехали ко мне отобедать, как только вернетесь. Вы что, не общаетесь между собой?

Саммер застенчиво улыбнулась брату, а затем последовала за Перлмуттером через загроможденную книгами гостиную в столовую, где антикварный стол вишневого дерева буквально ломился от яств. Перлмуттер — морской историк, один из лучших на планете — заодно славился как гурман. И когда Саммер, открыв сумку, поднесла ему три бутылки вина из Южной Африки, глаза у него засияли с новой силой.

— «Фергелеген Шардоне» и пара сортового красного с Де Терон, — он с восторгом разглядывал этикетки. — Выдающийся выбор. Может, приступим?

Не теряя времени, он отыскал штопор и разлил шардоне.

— Разумеется, весть об исчезновении вашего отца повергла меня в огорчение. Да прибудет он в безопасную гавань! — Перлмуттер поднял свой бокал.

Обсуждая исчезновение Питта, они отобедали корейкой в соусе чипотле, молодым картофелем и печеной спаржей. А поданные на десерт свежие персики из Джорджии со сливочным соусом-бренди были просто бесподобны. У повара-француза и домработницы хозяина был выходной, так что Саммер и Дирк помогли Перлмуттеру убрать со стола и перемыть посуду, прежде чем снова усесться за стол.

— Вино было восхитительным, Саммер, но хватит водить меня за нос, — произнес Перлмуттер. — Вы же знаете, на что я на самом деле хочу наложить руку.

— Я уж думала, вы никогда не спросите, — открыв свою дорожную сумку, она извлекла аккуратно завернутый журнал с выброшенного на берег спасательного плота.

— Судовой журнал «Барбариго».

— Так вот из-за чего это все, — догадался Дирк. — А я-то думал, что вы просто рады нас видеть!

Хохот Перлмуттера эхом раскатился по всему дому. Будучи давним другом их отца, он относился к детям Питта, будто добрый дядюшка.

— Мой мальчик, ваша компания желанна в любое время, — он откупорил следующую из бутылок Саммер и разлил вино. — Но добрая морская тайна слаще вина.

Взяв сверток, Перлмуттер бережно развернул клеенку. Журнал в кожаном переплете был потрепан, но ничуть не поврежден. Историк аккуратно открыл обложку и прочел титульную страницу, выписанную от руки крупными буквами.

— Viaggio di Sommergibile Barbarigo, Giugno 1943. Capitano di corvetta Umberto de Julio, — Перлмуттер с улыбкой поглядел на Саммер. — Это наша субмарина.

— Субмарина? — переспросил Дирк.

— Плот на пляже, — объяснила Саммер. — На нем лежат останки членов экипажа итальянской подводной лодки времен Второй мировой войны.

— «Барбариго» — большой корабль класса «Марчелло», — сообщил Перлмуттер. — В начале войны у него был впечатляющий послужной список в Атлантике — затопил шесть судов и сбил самолет. Но в 1943 году лишился зубов, когда был прикомандирован к проекту под кодовым названием «Аквила».

— В переводе с латыни «орел», — вставил Дирк.

Саммер поглядела на брата с подозрением.

— Дело в астрономии, — растолковал тот. — Я помню это благодаря созвездию рядом с Водолеем.

— Название «Мул» было бы куда уместнее, — продолжил Перлмуттер. — Немцев тревожили большие потери надводных судов при обмене военными материалами с Японией, так что они убедили итальянцев преобразовать восемь крупнейших и несколько устаревших субмарин в транспортные суда. Внутри их выпотрошили, большинство вооружения сняли, чтобы они могли принять максимальное количество груза.