Изменить размер шрифта - +
Теоретически его можно превратить в штык, крепление имеется. На плече с узким погоном висит на ремне штуцер. Ободрав всю доступную армию, кроме Низового корпуса, а также скупив все штуцера в магазинах в России и в ближнем зарубежье Иван Яковлевич наскрёб почти пятьсот коротких винтовок. Плохо, что разных калибров, но хорошо, что винтовок. Пулю Петерса пока внедрять не собирался. Не раньше, чем начнётся война за Польское наследство. Несколько пулелеек Брехт сделал, и сейчас они с Анхен стреляют из своих карамультуков и штуцеров, удлиненных, этими пулями, но для зарядки выделено четыре курляндца — дворянина и с них взята подписка, запрещающая тайную пулю сию показывать, а также про нее рассказывать кому бы-то ни было. Там всё заканчивалось в бумаге страшно — на кол, а семью в холопы. Зато все четверо капитаны гвардии.

У офицеров вместо кортика шпага, но не игрушка дартаньяновская, а скорее — сабля или тесак — прямой клинок длинной в семьдесят сантиметров, примерно. Каждому по росту подбирается, чтобы по земле не волочился. Клинок плоский и заточен с одной стороны, как катана.

На головах не треуголки придурошные у всех, или шапки с налобниками, а кепка по типу армии двадцать первого века. И она строго под цвет мундира.

Смотрится, марширующий сейчас мимо трибун батальон гренадёр, совершенно не парадно. Господа из Преображенского и Семёновского полков кривят губы, им идти следом на параде. А вот песня… Нет у них песни.

 

 

Барабанщики прошли уже и выстроились чуть в стороне продолжая выбивать этот марш. Ох и намучился с ними Иван Яковлевич. Он нот не знает, они не знают, и хрен найдёшь человека, который умеет барабанить и знает ноты настолько, чтобы напевалку Бирона превратить в закорючки, и потом выучить эту мелодию с барабанщиками. Помог Кайзерлинг. Он Бирона послушался и пригласил в Россию придворным композитором Баха.

Вон он стоит и руками машет, отбивая ритм. А чего, знай наших!

 

 

После гренадёр прошли егеря и следом выехал батальон башкирской конницы. Да разной масти коняги — не так красиво, но зато штаны и халаты всем успели тоже зелёными, точнее, грязно-серо-зелёными пошить. И даже башлыки новые сшили, от старых только меховую волчью или лисью оторочку перешили на новые зелёные. Строй башкиры держали не очень и пели хреновенько, но смотрелись эксклюзивно. Шествующие потом на параде мимо трибун семёновцы в своём сине-красном петушином наряде выглядели красиво, с точки зрения трибун, и дураками, и павлинами, с точки зрения всех солдат и офицеров лейб-гвардии Георгиевского полка. Они уже оценили удобство и немаркость новой формы, хрен согласятся на белые штаны поменять и галстуки снова на шеях вязать. Как солдату на войне тот галстук поможет?

Последним прошествовал… Именно гордо прошествовал на конях кавалергардский полк. Ну, как полк. Как Брехт ни старался, а сумел пока довести его состав только до двухсот человек. Ничего, кони подтягиваются, кирасы куются. Будет и полноценный полк со временем. Эти как раз во всём белом. Красиво, ту ничего не скажешь, и золочёные кирасы блестят на солнце, зайчиков пуская. А только его батальон башкир в боестолкновении настоящем уничтожит это подразделение за одну минуту. Четыреста человек по десять стрел со ста метров. По двадцать стрел на каждого кавалергарда.

Быстрый переход