Лук что, тоже требует прану?

Конечно! Но только при создании, поддержание его стабильности тебя почти не истощает. Кроме того, когда ты закончишь с ним и вернешь обратно, прана восстановится.

Отличные новости. Тогда не будем зря тратить время!

Первую стрелу я выпустил себе под ноги, чтобы окружить себя и Нику защитным куполом. Просто на всякий случай — вдруг, пока я тут вожусь с луком, Чингиз атаковал нас снова…

Купол послушно вспух вокруг нас с Никой, и я рискнул выглянуть из-за камня, уверенный, что успею спрятаться обратно, если вдруг что.

Но прятаться был не нужно. Нужно было наоборот бежать, потому что Чингиз послал в нас новую волну кристаллизации, и она прямо сейчас ползла сквозь мой защитный купол, прямо на глазах скалывая пространство в ломаные грани. И диаметр этого коридора был таким, что он бы и наш камень легко поглотил в себя и нас вместе с ним.

Дважды.

Я дернул Нику за руку, чтобы поднять ее, но хрен там — я будто статую попытался поднять! Ника в моем куполе двигалась так же медленно, как и все остальное!

Передай ей часть своей праны! Чуть-чуть!

Как?!

Точно так же, как передавал стрелам. Просто перелей немного в руку!

Я послушно перекачал клочок красного дыма в пальцы с красными ногтями, и холодная, как лед, рука внезапно потеплела и Ника буквально вывалилась в реальное время! Я не удержал равновесие, упал вместе с ней назад, обнял ее и попытался как можно дальше укатиться от обреченного камня!

Успел, откатился.

Кристаллизация накрыла камень и его окружение, сломав пространство вокруг — кажется, я даже услышал хруст самого тонкого в мире стекла. А потом стекло разбилось и осыпалось на землю осколками того, что заключало в себе. Мелкой щебенкой с идеально ровными гранями и острыми углами.

Это все я отстраненно выхватил взглядом в тот короткий момент, что тянул к уголку губ призрачную тетиву, отзывающуюся приятным, именно таким, как мне нужно, натяжением. Я стрелял из положения лежа на спине — так же, как и упал, и поэтому стрела появилась справа от рукояти, а не слева, как ей положено было бы. Да и плевать. Я все равно знал, что я попаду.

Хлоп!

Фиолетовая стрела ушла в сторону Чингиза, а я, не теряя времени, катнулся через спину, вскочил на ноги и послал еще одну стрелу следом!

Чингиз не стал отклонять стрелы, как делал Бернард — он просто исчез сам. Пропустил две стрелы мимо себя, а потом появился снова.

В двадцати или тридцати местах сразу.

Клоны Чингиза окружили нас со всех сторон, я крутнулся на месте с натянутыми луком и новой стрелой на тетиве, не зная, в кого стрелять, но тут снизу раздался недовольный рык Ники:

— Гр-р-ребаные Р-р-ратко!

С протяжным воплем Ника взвилась в воздух, закручиваясь вокруг своей оси и расшвыривая вокруг себя не сотню, а целый миллион кровавых игл! Будто дождь из крови с неба пошел, только не вертикально вниз, а сильно под углом!

Иглы вонзились в клонов Ратко, заставляя их лопаться один за другим, и только один из них не лопнул. Он вскинул руки, согнув их в локтях и направив кулаки в небо, и перед руками пространство смялось в уже знакомые ломаные грани, формируя перед Чингизом высокий, во весь рост, но узкий щит, об который все иглы Ники просто плющились.

И тогда я вспомнил один трюк. Не имеющий практического назначения, но так изумляющийся всех, кто его видел. Стрела при таком выстреле еле летит, и нанести серьезное повреждение не способна, но ведь сейчас этого и не нужно.

Я снова растянул лук, целясь прямиком в снисходительно ухмыляющуюся за оскольчатым щитом, рожу Чингиза, чуть подкрутил тетиву пальцами и выпустил ее, чуть дернув лук в сторону.

Стрела отправилась в полет. Но не прямо, как этого можно было от нее ожидать, а по серьезной дуге, облетая узкий щит Ратко и поражая его незащищенный бок.