Изменить размер шрифта - +

Но не успел я даже закончить перевязку, как из кузова раздался голос Амины:

— Серж! Серж! У нас проблема, Серж!

Проблема, проблема… Вся наша ситуация — одна большая проблема, попробуйте меня удивить!

Я дернул зубами конец бинта, разрывая его пополам, и, продолжая вслепую вязать узел, бросил назад, в кузов:

— Что у вас там?

— Раненые!

— Много? Серьезно?

— Не знаю я! Трое! Тут кровь!

— Этого еще не хватало! — выдохнул я, затягивая узел бинта. — Чел, нагнись!

В голосе Амины слышались истеричные нотки, но при этом, как ни странно, она вовсе не истерила. Наоборот — она даже умудрилась донести максимум известной ей информации. Хоть на этом спасибо.

Вынудив Белову практически согнуться вдвое, я полез в кузов через ее голову, не забыв аптечку, но оставив на своем месте лук и последнюю стрелу. Перевалившись через спинки кресел, и чуть не приземлившись на голову, я на мгновение обернулся и хлопнул Чел по плечу:

— Защищай Нику, если что случится! Как хочешь, но защищай! Без нее мы гарантированно трупы!

— Сделаю. — серьезно кивнула Чел.

Я кивнул тоже, и развернулся внутрь кузова.

Тут было темно. Никаких источников освещения, кроме пробивающихся сквозь редкие щели и пулевые отверстия в тенте солнечных лучей, конечно, сюда не завезли. Предполагалось, что, в случае нехватки света, будет откинут задний полог, но сейчас этого, конечно, никто делать не стал — не хватало еще мозолить глаза и прицелы едущим следом за нами солдатам, которые и вслепую умудрились дел натворить.

Танцующие солнечные лучи то и дело выхватывали из темноты лица ребят, половина которых почему-то сидела на полу, и иногда — внутреннего убранства кузова. Помимо лавок здесь были еще и полки на уровне головы, затянутые эластичными сетками. Местами эти сетки были отодвинуты, местами наоборот — растянуты, и держали какой-то груз. Через ячейки одной из них совершенно точно проступали очертания автоматного магазина, только без самого автомата.

— Кто ранен? Где? — спросил я, обводя взглядом кузов.

Сразу определить раненых не было возможности — в крови, казалось, были все. И те трое, что сидели на лавках, держась кто за руку, кто за ногу, и те, что сидели на полу, копошась над чем-то большим.

Кем-то большим…

Кем-то большим, кто явно был не в состоянии стоять или даже сидеть.

— В сторону! — заорал я, расталкивая студентов, нависших над Драйзом. — Да уйдите вы! Лучше придумайте, как обеспечить свет! Здоровяк, ты как? Куда тебя?

— Хер… знает… — слабо и с паузами ответил лежащий на спину Драйз. — Два… раза…

Он очень слабо и прерывисто, но при этом часто, дышал, словно воздух был ему противен на вкус и каждый новый вдох приходилось выплевывать назад как можно быстрее. Будто бы он дышал просто потому, что без этого совершенно точно умрет, а, будь его воля — не дышал бы.

— Ну вот нахрена ты такой большой, а?! — прошипел я, непослушными пальцами открывая аптечку. — Был бы поменьше, одной бы обошелся, а то и вообще!..

— Серж, там… — кто-то тронул меня за плечо.

— Куда ранены?! — даже не обернулся я.

— П… Плечо и нога. — испуганно ответили мне.

— Пусть пока зажмут и ждут! — я дернул плечом, скидывая руку. — Или лучше сами перебинтуйтесь! Кусок бинта сложить как можно плотнее, наложить на рану, сверху туго перебинтовать! Сами справитесь!

— Я знаю! Я умею! — ответили за спиной.

Быстрый переход