Мне — но не другим.

Холеные и лощеные аристократы, выросшие в атмосфере, по сути, вседозволенности и элитарности, оказавшись в сложных условиях вынужденного аскетизма, начали терять душевное равновесие. Поначалу они еще крепились и держались, шутя шутки на тему того, что давненько, а, вернее, никогда раньше им не приходилось ходить в походы и спать на голом полу, мало чем отличающемся по сути от земли в лесу (по их мнению). С едой тоже все было не сказать, чтобы гладко — оказалось, что из всей нашей группы почти никто не умеет готовить, что неудивительно, учитывая все вышеперечисленное. Реадизайнеры привыкли питаться уже готовым, в ресторанах и кафе, на худой конец — всякими службами доставки. Пожарить яичницу для многих из них было верхом кулинарного мастерства, да и то они были способны на это лишь при условии продвинутого оборудования и дорогой посуды. Когда же речь заходила о крошечной газовой горелке и общем котелке, их вовсе одолевало что-то среднее между истерикой и безграничным презрением. Из тридцати с лишним человек готовить в подобных условиях могли лишь пятеро — я, Уайт, чему я не удивился, двое незнакомых мне реадизайнеров из числа тех, что постарше, и почему-то Чел. Последней, помимо прочего, процесс готовки даже доставлял удовольствие. Впрочем, я давно заметил, что ей доставляет удовольствие все, что связано с помощью другим. Даже если готовил кто-то другой, Чел обязательно вертелась рядом и помогала, даже если ее не просили, поэтому в итоге, после разговора с ней, было решено, что она будет кашеваром на постоянной основе, и ради этого в один из очередных походов в магазин я даже купил ей набор недорогих, но неплохих ножей — смотреть, как она кромсает продукты огромным толстенным свиноколом управления, который кто-то из реадизайнеров откуда-то притащил в клан-холл как трофей, было выше моих сил. Конечно, всегда можно было использовать прану для нарезки продуктов, но подобные траты праны вряд ли одобрил бы хоть кто-то.

Если по-первости реадизайнеры воротили носы от простых походных блюд навроде макарон с тушеным мясом и овощами, то уже буквально через день уже наворачивали их же за обе щеки из дешевых жестяных мисок дешевыми жестяными ложками. Мы не могли позволить себе шиковать — и не по причине недостатка денег, его-то как раз не было, — а по причине того, что у нас банально негде было хранить скоропортящиеся продукты. Нас спасали консервы и всяческие крупы, из которых Чел умудрялась готовить потрясающе вкусные и сытные блюда, употребляемые под аккомпанемент одного из телефонов, которые мы посменно использовали как телевизор. Потому что Юля это хорошо, информация от Юли — еще лучше, но за два дня этой информации пока что не поступало.

А вот из телефона порой говорили интересные вещи. Судя по всему, управление рассекретило подробности своих действий и их причины, потому что в новостях начали появляться сюжеты, напрямую связанные с происходящим в мире.

— Продолжается общемировая спецоперация под названием «Травля». — как один, начинали свои доклады дикторы новостей. — В этот раз к ней присоединились муниципалитеты таких городов, как…

И дальше, после списка городов, дикторы рассказывали, что именно произошло в этих городах и как это повлияло на общую ситуацию.

Получалось, что после первой стадии, основной, в процессе которой управление взяло под стражу всех реадизайнеров, которых только смогло, которые не сбежали и не дали отпор прямо на месте, конфликт перерос в стадию холодной войны. Не обладая достаточными силами для того, чтобы взять под свой контроль все города, управление заняло лишь основные, самые крупные, в которых отсутствие реадизайнеров на своих рабочих местах могло ударить по уровню жизни особенно сильно.