Хрень собачья! Вообще-то вы как раз таки не в ту сторону воюете! Опасный противник тут я, а не она! И сейчас я вам это докажу!

Я перекачал в стрелу прану и выстрелил в спину ближайшего дарга. Еще раньше, чем она воткнулась в цель, я уже растягивался по-новой, целя во вторую тварь.

Две стрелы – два попадания. Два дарга, замедлившихся на середине разворота так, что можно было в подробностях рассмотреть каждую напряженную мышцу каждой лапы. А у одного из них, у того, что как раз поднял в шаге левую лапу, можно было даже раздувшееся в пульсации сердце рассмотреть.

В него я и выстрелил, подловив момент, когда дарг снова поднимет лапу для шага. Даже не заряжая стрелу, просто всадил метр Никиной крови в сердце твари.

Со вторым даргом справилась сама Ника – не глядя махнула за спину кровавой плетью, с конца которой срывались алые капли, и располовинила тварь, как курицу на суп.

Но в эту секунду на нее прыгнули сразу три твари с разных направлений. От переднего Ника успела заслониться кровавой пленкой, в которую превратилась все та же плеть, в летящего справа выстрелил я, замедляя его полет, а вот тот, что слева, достал Кровавую. Когти царапнули по одежде Ники, вырывая из нее яростный крик, но не пробили – только скользнули! Ника с яростным воплем отшвырнула его от себя, приняв на щит, подшагнула правой ногой к левой и мощно пнула ботинком дарга, заносящего когти для новой атаки! Ее нога прямо в момент удара приняла форму одного огромного острого шипа, который пробил бы дарга насквозь, если бы тот в последний момент не дернулся в сторону и не подставил под удар плечо вместо головы!

Сука, они что, всегда так делают?! У них это прямо защитный рефлекс – чтобы чужая атака всегда попала в плечо!

Ника рванула ощетинившуюся острыми шипами ногу обратно, лапа дарга отлетела прочь, отпиленная по самое плечо, но второй лапой он успел ударить по самому кончику Никиной ноги. И обломать одно из лезвий.

Ника снова яростно закричала, вращающееся в воздухе лезвие прямо на глазах потеряло форму, смялось, расплавилось в кровавый шарик и, упав на землю, впиталось в нее.

И дарг упал тоже – на двух только задних лапах не очень-то удержишь равновесие. Причем упал он на спину, развернутый инерцией собственного же удара.

А на спину – это значит подставляя сердце под стрелу.

Я не успел заметить, как Ника добила того дарга, что я замедлил, но она уже боролась с новым – тем, что секунду назад атаковал с фронта. Он прыгнул снова, и снова спереди, и снова Ника приняла его в кровавый щит, края которого слегка обтрепались, только в этот раз сангвимантка немного проехалась назад, взрывая подошвами землю, а потом она напряглась, злобно закричала, и схлопнувшийся краями щит отсек даргу голову!

«Без головы они тоже не живут, кстати!»

Спасибо, я уже понял! Только эту голову попробуй еще оторви! С сердцем оно как-то попроще будет!

Бум! – в Нику сбоку врезался еще один дарг, даже не когтями – прямо лбом протаранил!

Кровавую бросило в сторону, она проехалась спиной по земле, вскочила, собирая вокруг пальцев кровавый сгусток…

А со спины к ней бежала еще одна тварь! Быстро, сука, какие же они быстрые! Я не успею довести лук, чтобы попасть в него!

«Стреляй в землю позади Ники. Собери прану в наконечнике стрелы, утрамбуй ее там и стреляй!»

Я послушно представил, как красный дым, переползающий из моих рук в стрелу, уплотняется в наконечнике, спрессовывается в плотную таблетку, подобную тем, что целители дают смертельно раненным, чтобы помочь им забыть о боли, как наконечник распирает изнутри от влитой в него праны…

Стрела вонзилась в землю в пяти метрах позади Ники – больше я не успевал довести лук.