Изменить размер шрифта - +
Они приникли ко мне с двух сторон, крепко прижавшись своими телами. Но хотя красотки были невероятно горячими, я ощутил лишь волну холода, пробравшего моё тело насквозь.

— Все так говорят, всё ждут друзей… — сухо произнесла сестричка-смерть. — Но спасаются лишь единицы…

— Мы не будем делать исключение, — задумчиво произнесла вторая. Она словно к чему-то прислушивалась. — Хм, сестра, а у него очень большая жизненная сила… Я чувствую её жар. Как удивительно…

— Нехорошие личности планируют массовые убийства и войну. А я пытаюсь их остановить, — я перешёл на тяжёлую артиллерию. — Вам куча работы привалит по транспортировке душ, если в Мирмеграде начнётся резня. Оно вам надо?

Голос мой слабел с каждой секундой. Воля к сопротивлению угасала. Чёрт, что эти духи-проводники со мной творят? Надо двигаться… но руки и ноги не слушаются. Моё тело… то есть дух слабел с каждой секундой.

— Мы не вмешиваемся в дела смертного мира, — последовал ответ. — Мы не можем как-то влиять на события.

— Прости, но таковы правила, — вторая покачала головой. — Нельзя оставлять беспризорные души на произвол судьбы. Иначе они превратятся в такое, о чём лучше лишний раз не упоминать…

В моих глазах потемнело. Перед моим внутренним взором пронеслась вся моя жизнь во всех мельчайших подробностях, от детства до текущего момента. Я пролетел через тёмный коридор с вибрирующими стенками и влетел в яркое пятно света…

Я увидел весьма странные вещи. Я… словно летел высоко в воздухе. По до мной проносились леса, поля, реки. На горизонте показался огромный город, протянувшийся на многие километры… Да это же Мирмеград! Да, точно он. Величественный город с красивой, но несколько хаотичной архитектурой…

Он выглядел немного не таким, каким я привык его видеть. На улицах стало заметно больше грязи. Помои на моих глазах выливали прямо из окон на головы прохожим. Похоже, знаменитая Мирмеградская канализация приказала жить долго…

Прохожих на улицах тоже стало заметно меньше. Помимо мирмеций, людей и других привычных мне рас, появилось очень много инсектоидов жутковатого вида, типа параситик. Они ходили по улицам с важным видом, прохожие расступались перед ними и почтительно кланялись, пряча страх в глазах.

И повсюду висели плакаты с надписями: «Мирмеград должен платить и каяться!», «Искупим грех разврата самобичеванием!», «Встанем на колени!».

Мне хотелось задержаться и посмотреть, что тут ещё происходит, но неведомая сила тащила меня дальше. Прямо в королевский дворец Мирмеграда. Он уже давно лишился своего прежнего лоска и великолепия.

Я увидел моих девчонок… обнажённых и прикованных к белым колоннам. Сахаринка, Сияна, Ника, Соня… Все девушки выглядели крайне измученными и истощёнными, а их животы были сильно раздуты, словно во время беременности. Хотя… во время беременности животы настолько сильно не увеличиваются. И не вспучиваются, словно внутри шевелится нечто… и не одно.

Неподалёку находилось что-то вроде медицинской установки с капельницами. К ней была привязана Эгина, сильно изнурённая и постаревшая, с осунувшимся лицом. Седые космы скрывали её морщинистое лицо. Королева выглядела как глубокая древняя старуха. Её муравьиная половина непрерывно откладывала яйца, что падали в ржавый таз. Когда он наполнялся, его уносили обнажённые мирмеции-рабыни и подставляли новый.

Глаза Эгины были мертвы и пусты. Словно она находилась в состоянии овоща. Словно от неё осталась лишь оболочка.

Между колонн вышагивала Перчинка, сопровождаемая Феррой и Тёмной Сияной. Обе телохранительницы ходили с чёрными повязками на глазах, неотступно следуя за госпожой.

Быстрый переход