— Молодцы, в правильном направлении двигаетесь. Но умения отшлифовать необходимо. Есть и очевидный косяк с таким представлением. Ты же не сможешь создать ни одно заклинание, предварительно не сняв с себя щит и тем самым рассекретив, кем на самом деле являешься, — объявил я свое заключение.

— Зато смогу тебя сопровождать где угодно, — возразил хорек. — Если же потребуется воспользоваться магией, то из-за угрозы твоей жизни. Там уже нет смысла скрываться.

— Ты прав, — не стал с ним спорить. — Слушай, сейчас хочу отоспаться. Завтра поговорим и обстоятельно все обсудим. Да, у меня в портмоне есть один странный артефакт, проследи, чтобы его никто не взял.

— Не волнуйся! Выполню все в точности! — отрапортовал хорек.

— Ну-ну, — с сомнением в голосе, покивал я и направился в ванную комнату.

Время уже позднее, точнее, раннее, но душ обязательно приму и только потом спать завалюсь.

Теплая вода льется из широкой лейки, установленной в держатель, я стою прислонившись лбом к стене и не хочу двинуться с места. Глаза закрыл, расслабился и чуть не заснул!

— Хорош бы оказался завтра с разбитым лицом, — ухватившись за край ванны, буркнул сам себе и искренне порадовался, что не стал воду набирать.

Как до кровати доплелся? С трудом помню, вроде бы только глаза закрыл и сразу же снится сон. Стеша меня целует, водит пальцем по губам и груди, прижимается и что-то на ушко шепчет.

— Что ты творишь, я же не железный, — бормочу во сне, а моя подруга, смеясь, снимает кофточку, выпрыгивает из джинсов и под одело залезает.

Странные ощущения, словно наяву и губы моей подруги мягки и податливы.

— Ущипни меня, — шепчу, а потом чуть ли подпрыгиваю: — Стешка! Ты как тут оказалась и чего творишь?!

— А ты разве против и не видишь? — усмехается княжна и бюстик сама с себя снимает.

Успел понять одно — это не сон, но я такому развитию событий абсолютно не противлюсь, почему-то. Поставил купол непроницаемости и отправил сообщение Сверчку, чтобы тот нас не беспокоил и от любопытных глаз оградил. Моя защита хорошая, но хорек обязательно сунет сюда свою любопытную мордочку, боюсь, сумеет найти какую-нибудь брешь, в заклинании.

— Так ты чего на звонки не отвечал? — поинтересовалась Стешка, когда мы оккупировали ванную и сидели обнявшись в клубах пены. — Волноваться заставил!

— Прости, не слышал, — честно ответил я, поцеловал Стешкину мочку ушка и шепнул: — Вину, надеюсь, свою искупил?

— Издеваешься? — расхохоталась та. — Надо посмотреть, сколько раз тебя набирала, а потом уже и об искуплении говорить!

— Так я готов! Убедись! Словно часовой в почетном карауле!

Моя подруга рассмеялась, но сказанные слова проверила. Пена по все ванной комнате разлетелась, а нам потребовалось включить прохладную водичку, очень уж распалились. Зато, когда отправились с ней в кровать, то застали дивную картину. К оконному стеклу, с улицы, прижимаются двое. Глаза у Василя огромные, пасть время от времени открывает, но мява не слышно. Хорек внимательно рассматривает Стешу, которую я поспешил закрыть собой, сам не зная для чего, опасность ей не грозит.

— Брысь! — делаю шаг к окну и взмахиваю рукой.

Два друга отшатнулись от стекла, а позади-то никакой опоры и полетели они вниз.

— Не разобьются? — поинтересовалась девушка, подходя к подоконнику и стараясь заглянуть вниз.

Вот как не воспользоваться такой соблазнительной позой? Естественно, подошел к ней, прижался, в шейку поцеловал и нам уже не интересно, как кот выбирается из большого сугроба.