— Значит так, — решил он. — Убираем все, что поставили. Причем, убираем так, чтобы это видели. Чтобы персона, сочувствующая Ярославу, была уверена, что мы выполнили его требования.

— Отец, что за инфантильное решение? — удивился Кирилл. — Я тебя не узнаю. Что бы ты ни думал, Ярослав нам посторонний, поэтому промышленный шпионаж против него вполне допустим.

— А потом я лично приду проверить помещения на готовность и поставлю артефакты сам. Так поставлю, чтобы никто этого не отследил, — невозмутимо продолжил Лазарев-старший. — Если уж никому поручить нельзя.

Глава 6

Теперь с Глазом и его подручными меня связывала не только клятва верности, но и клановые узы. Как объяснил мне раньше Серый, они налагали обязательства на обе стороны и могли быть разрушены либо по обоюдному желанию, либо в случае грубого нарушения прав одной стороны другой стороной.

— Возвращаемся к Лазаревым все вместе? — спросил Серый.

— Нам нужно еще решить вопрос с мебелью, — напомнил я.

— А деньги? Я пас.

Я прикинул, что тысяч пятьсот от пожертвованных Лазаревыми могу потратить на нужды клана, все равно еще девять с половиной останется. Цифра, конечно, так себе, но мы на ней не остановимся, сначала доведем опять до десяти, потом до ста, потом… Я тряхнул головой, отгоняя совсем ненужные сейчас подсчеты.

— У меня найдется на что-то не очень дорогое.

— Что за мебель? — внезапно оживился обычно молчаливый третий член банды, то есть не банды, разумеется, а Службы безопасности Елисеевых.

— Да Лазаревы мебель зажали, а Ярослав не подумал внести этот пункт в договор. И ладно бы только офисную, так еще и алхимическая нужна, — пожаловался Серый. — Провели его Лазаревы.

— Это как посмотреть, — хмуро ответил я. — Условия я выбил такие, что отсутствие жалкой мебели ни на что не повлияют. А выделили бы они жалкую.

И посмотрел на Серого так, чтобы тот понял: такие разговоры должны вестись исключительно между нами двумя. Незачем посвящать всех окружающих в финансовые проблемы клана.

— А ты че спросил-то? — повернулся Глаз к подручному.

— Да маг один внеклановый недавно помер. Вдова продает вроде там все. Мебель наверняка есть.

Я насторожился. Не знаю, как насчет офисной мебели, но алхимическими приблудами там наверняка можно разжиться, если никто не успел этого сделать до нас. Мне пришло в голову, что у вдовы наверняка могут быть и книги по магии, и, похоже, не только мне, потому что Серый внезапно сказал донельзя фальшивым голосом:

— Старье, поди? Чего там смотреть?

— Вы, господин финансовый директор, точно уверены, что там нечего смотреть? — ехидно напомнил я ему, что он теперь должен переживать не только за себя. — Кажется, я с вашим назначением поторопился.

Глаз с подручными не поняли, в чем суть наезда, но что он был, сообразили сразу, Серого облили презрением, а Глаз сказал:

— Чо, идем смотреть? Стас, это в нашем районе?

— Не в нашем, но недалеко, за фермерским магазинчиком. Вывеска с артефактным колокольчиком с птичкой, мож, видели.

— Точно, помню такую, — оживился Глаз. — Там старичок такой забавный заправлял.

— Угу. Вот дозаправлялся. Теперь только бабка, — хмуро сказал Стас.

— Стоим болтаем, а время идет, — недовольно напомнил Серый.