— Поговорим? — зло протянул он.

 — Почему бы и не поговорить со счастливым женихом? — согласился я. — Дату свадьбы уже назначили?

 Он шумно выдохнул и почти спокойно сказал:

 — Предлагаю не портить отношения между нашими кланами и аннулировать договор.

 — С чего бы? Вы забрали у меня ценного сотрудника исключительно для того, чтобы жениться. А по доброте душевной пошел вам навстречу.

 Мне показалось, что Глазьев на том конце задымился. Наверное, перегорело желание обзавестись супругой.

 — Ха-ха, — раздельно сказал он. — Мы пошутили, вы пошутили, теперь давай вернемся к тому, что было. Ермолина мне не нужна.

 — Мне тоже. Сам подумай, к чему мне маг, который за моей спиной договаривается о передаче моих секретов другим кланам.

 — Ты же знаешь, что передача не состоялась.

 — И?

 — Я требую расторгнуть договор.

 — Какая там минимальная ставка? Сто миллионов? Вот выплачиваете сто миллионов, и аннулируем договор, — с насмешкой предложил я.

 Серый зажестикулировал, намекая, что размер выплаты должен быть увеличен раза в два. Но мне казалось, что для играющего против меня клана сотки вполне достаточно. Во всяком случае пока. Речь шла о публичной порке, чтобы показать: связываться со мной не стоит. Дело было не в деньгах, а в прецеденте.

 — А не обнаглел ли ты?! — рявкнул Глазьев так, что в ухе у меня зазвенело.

 — Тебе кажется сумма слишком мелкой? Вот и мой финансовый директор считает, что я погорячился, назначая такие низкие откупные. Сто пятьдесят. Будешь торговаться — еще увеличу.

 На удивление Глазьев в ответ не взорвался, напротив, в трубке стояла тишина, не прерываемая даже дыханием. Как выяснилось, это было потому, что Глазьев отдавал распоряжение подчиненным и получал от них отчет, потому что тишина прервалась довольным:

 — Два моих мага только что вошли в твою квартиру. Как ты думаешь, жизнь и здоровье твоих родных стоят того, чтобы разорвать наш договор?

 Все-таки Глазьевы идиоты. Одна радость: вопрос с кормежкой духа на пару недель решен. У него там целое пиршество намечается, спасибо щедрым меценатам.

 — Только из уважения к вам, выкуп каждого мага — пятьдесят тысяч, — сказал я, изо всех сил пытаясь не ржать. — В противном случае вечером сдам в полицию обоих. Разговор, который я записываю, так же будет им предоставлен.

 — Блефуешь, сопляк, — зло выдохнул Роман. — В квартире два не-мага и один малолетний недомаг. Что они противопоставят двум моим обученным дружинникам? Неужели ты совсем не переживаешь за родных?

 — Твои дружинники до моих родных даже не дойдут, — с насмешкой ответил я. — Они сейчас висят по обеим сторонам от двери. И будут так висеть либо до приезда полиции, либо до перечисления денег на наш счет.

 Разговор я прервал сам и позвонил Олегу с просьбой не спускаться и никому не открывать до моего приезда, даже если заявится умывающаяся слезами Ермолина. И особенно — не пускать вниз маму. Ни к чему волновать беременную женщину внезапно возникшими барельефами по бокам двери. Все равно они временные.

Глава 25

 Предосторожности оказались не лишними. От выстрелов спас щит, который активировался сразу, не дав ни одной пуле врезаться в машину, а от файербола — зеркало, отправившее подарок назад, к нападавшим. Машина не пострадала, даже движение не замедлила бы, если бы Серый не нажал на тормоз. Зачем, спрашивается? По-хорошему, в такой ситуации на газ жать надо.