— Предполагаю, что сердце.

— Во время вашего визита? — напрягся я.

— Юноша, вы уж из меня совсем злодея не делайте, — укоризненно ответил Глазьев. — До нашего визита это случилось. О том, что от нас к ней приезжал, все равно узнаете, так что и скрывать не буду. Но не я. Не по статусу мне беседовать со вдовами магов, пусть даже и выдающихся магов.

Смерть Ирины Егоровны оказалась неожиданной. До записей ее мужа я не добрался, и теперь, если возникнут вопросы, задать их будет уже некому. Но расстроился я даже не поэтому: Ирина Егоровна казалась мне по-настоящему хорошим человеком, к которому не грех было бы заглянуть и просто так не по делу, а в гости.

А вот Глазьевы точно приходили по делу. Хотели узнать про систему защиты, о которой в нашем районе ходили нехорошие слухи. Бедная старушка вряд ли удовлетворила бы их любопытство, потому что от защиты ее мужа тут, считай, ничего и не осталось.

— Но вернемся к причине моего визита, — спокойно сказал Глазьев. — Мне надо аннулировать заключенный между нашими кланами договор. Мы вернем вам Ермолину, поэтому причины для того, чтобы не разойтись миром, я не вижу.

— Какое щедрое предложение, — издевательски сказал Серый. — Вы хотите вместо денег подсунуть нам своего шпиона. Поищите дураков в другом месте.

Глазьев выразительно приподнял брови, демонстрирую глубокое удивление.

— Вы же сами говорили, что Ермолина — ценный специалист.

— Это было до заключения договора между нашими кланами. В настоящее время Ермолина не представляет для нас никакой ценности, — заметил я. — Я не вижу причин для расторжения договора. Как уже заметил Сергей Евгеньевич, нам в клане не нужен ваш шпион.

— Видите ли, Ярослав… Кириллович, я бы мог сразу обратиться к императору с жалобой на ваш клан, но исключительно из уважения к вашему дедушке решил сначала попытаться с вами договориться.

— И на что же вы собрались жаловаться? — усмехнулся я.

— На обман. Вы подсунули нам заведомо дефектного мага.

— Сергей Евгеньевич, напомни мне, пожалуйста, что там говорил Роман Егорович? Что Ермолина его интересует исключительно в качестве жены, а не мага не так ли? Именно поэтому, Егор Дмитриевич, мы пошли вам навстречу и не взяли деньги за переход. Соединение двух любящих сердец — это святое. И вдруг выясняется, что ваш клан обманул нас и хотел забрать Ермолину именно в качестве мага. Так что жалуйтесь. У меня тоже будет возможность отправить жалобу, не так ли, Егор Дмитриевич? Причем с куда большими основаниями.

По лицу Глазьева нельзя было понять, как он отнесся к моим словам. Ни тени эмоций на нем не промелькнуло, даже руки продолжали так же расслабленно лежать на подлокотниках кресла, как и раньше.

— Повторю, вы передали нам ущербного мага, — с нажимом сказал он.

— Вот уж нет. Я просто заблокировал полученные в нашем клане знания. Я был в своем праве. — Это я утверждал с уверенностью, поскольку успел проконсультироваться у Ивана в тот же вечер. — Передача этих знаний принесла бы значительный ущерб нашему клану. Тем не менее и без этих знаний Анна Ермолина представляет собой сильного мага.

То, что эта сила у нее теперь будет расходоваться неэффективно, я не стал говорить. Но Глазьев это и без меня знал, если упорно твердил, что ему всучили дефектного мага. Полина, та еще может выправиться, а Аня — уже нет.

— Хорошо. — Глазьев сложил перед собой руки в этаком жесте задумчивости. — Признаю, вы нас переиграли. Но сумма неустойки завышена. Вам не нужны такие деньги, вы все равно не сможете ими эффективно распорядиться. Вы не привыкли оперировать такими суммами, и сами не заметите, как растратите впустую. Я считаю, что пары сотен будет достаточно.