|
Слишком хорошо полковник соображал для того, кто уже успел столько выпить. Конечно, оно делилось на двоих. Я пролевитировал бутылку и наполнил сразу половину стакана, стоящего перед полковником. Тот на бульканье отреагировал нужным образом: сразу опрокинул в глотку и захрустел галетой, до этого одиноко лежавшей на тарелке.
— Он тебе и не должен нравиться. Главное, чтобы шел на пользу стране. Польза стране — вот о чем ты думаешь, полковник. Вот что для тебя главное. Подписывай. От этого польза точно будет.
Я добавил толику убедительности. В ментальных практиках силен я не был, но и этой малости хватило. Неуверенность на лице полковника сохранилась, но витиеватые завитушки внизу договора он поставил на всех четырех листах. После чего сонное проклятие досталось уже ему, а я принялся обыскивать стол в поиске печати. Искать долго не пришлось — она нашлась в первом же открытом ящике. Я вложил печать в руку счастливо причмокивающего губами полковника и поставил оттиски на всех листах. Теперь даже самая строгая проверка удостоверит, что и подписал, и поставил печать лично полковник.
Два экземпляра я оставил ему на память, сдвинув на край стола, чтобы с ними ничего не случилось, а два заложил назад в папку. И вздрогнул от неожиданно раздавшегося звонка. На экране телефона, лежащего у полковничьей руки, высветилось: «Мусенька».
Пожалуй, стоит отсюда срочно убираться, а то с этой Мусеньки станется, не дозвонившись до объекта, явиться сюда лично.
Уходил я столь же аккуратно, прикрывая за собой двери и сканируя пространство, чтобы ни на кого не напороться. Но императорская гвардия по лестницам не бегала, поэтому я покинул их без проблем.
Короткий полет через стену был мне уже в удовольствие, как и пробежка до ожидавшей машины.
— Подписал, — сообщил я Серому, как только дверца за мной закрылась, и вручил ему папку. — Но не факт, что он завтра вспомнит, почему и как это сделал, и не попытается оспорить. Или выкрасть.
Второе было даже предпочтительней. Нас так давно не навещали маги, что духа опять приходилось подкармливать собственной маной. А ведь ему нужны тренировка, развитие и впечатления.
— Кто ж ему это даст сделать? — сказал наш финансовый директор, раскрыл папку и с умилением погладив лежащие в ней листы. — Из нашего сейфа ничего не пропадет.
Глава 9
К Мальцевым тащиться не хотелось. И не потому, что Лазарев выступал против моего сближения с семьей противника, и не потому, что Полина обиделась, что пригласили только меня, и упорно твердила, что мы должны ходить либо все вместе, либо никто. Просто я устал, а Диана мне не нравилась. К сожалению, это мероприятие проигнорировать было нельзя. Мы с Мальцевым изображали любовь и дружбу между нашими кланами, поэтому не пойти на вечеринку к его внучке, приглашение на которую точно было с ним согласовано, равносильно плевку в мальцевскую физиономию. Он может, и сделает вид, что ничего не случилось, но забыть ни за что не забудет, даже если ему придется для этого записывать. Память-то у него уже не та, что в молодости, а количество врагов все растет. Подозреваю, что на все кланы Мальцев-старший ведет записи, где указывает, сколько раз и каким образом его оскорбили, а потом в графе напротив — как отомстил за обиду, даже если она была только в его воображении.
Хорошо, что к самим Мальцевым тащиться не надо было: для праздника сняли помещение клуба «Троллье ухо», куда добираться было ближе и удобнее. Именно сняли: повара, охрана и все остальные будут мальцевскими, как мне рассказала Диана. Возможно, сделают исключение для тех, кто работает с местной техникой — свет и звук выставлять не такая простая задача, чтобы выучиться этому с ходу. Ещё там ожидалась популярная нынче группа «Химена». Музыкой я не увлекался ни там, ни тут, но чтобы совсем не выглядеть идиотом, прослушал пару композиций: стандартные тупенькие тексты с претензией на глубокий смысл, который самим исполнителям в жизни не выковырять, но который с удовольствием находят поклонники творчества. |