Денис настоял, чтобы я непременно выпендрился в одежде, поскольку пару проверенных репортеров Мальцевы непременно пригласят, а для меня будет полезно засветиться где-нибудь в журнале. Магу выпендриться было несложно — и на черной водолазке проявился вспыхивающий глазницами череп, который мог поворачиваться к тому, кто на него слишком пристально смотрел, и пускать разноцветный дымок изо рта. Самой же имениннице я приготовил мягкую игрушку жуткого вида. Денис утверждал, что именно такие коллекционирует Диана, что это авторская работа и каждая из них в единичном экземпляре, что подтверждалось приложенным сертификатом. В сертификат я заглянул и узнал, что дарю зайца, о чем сам я бы ни в жизнь не догадался. Поскольку игрушка глазами напоминала краба, а множеством лап — паука. Но автору, конечно, лучше знать, какие зайцы приходят к нему во время вдохновения, которое, похоже, он черпал в одном источнике с Вишневскими, когда те создавали своих химер. Я даже не стал бы ему советовать вдохновляться чем-то другим: если результат хорошо продается, то зачем менять?

 В клуб меня отвез опять Глаз и пообещал дождаться. Я хотел доехать на такси, но на меня напустились дружно все с утверждением, что позорю клан. Пришлось смириться, хотя все это мне казалось глупым выпендрежем.

 На входе я предъявил приглашение, которое охрана внимательно изучила и сравнила мою физиономию с фотографией, которая была у них. Сравнение прошло в мою пользу, и меня запустили в клуб. Там царил полумрак, в котором клубился разноцветный дым. Череп на водолазке сразу активизировался и замерцал глазами. Его активность не осталась незамеченной — меня тут же кто-то сфотографировал. Заказанная группа еще не приехала или распаковывалась, поэтому из динамиков орало что-то альтернативное. Так громко орало, что захотелось поставить фильтр, чтобы не закладывало уши.

 Старших Мальцевых видно не было, но Диану я обнаружил сразу, потому что основная активность была вокруг нее. Я с облегчением вручил ей пакет с игрушкой и открыткой, текст к которой мы сочиняли общими усилиями весь вчерашний вечер. Признаться, я опасался, что слухи о том, что Диана любит игрушки этого мастера, преувеличены, но она вытащила жуткого зайца и разразилась таким восторженным воплем, словно это был артефактный гарнитур. Похоже, для нее это были вещи равнозначной ценности. Мой кулон висел у нее на шее и таинственно мерцал, вызывая завистливые взгляды стоящих рядом подруг.

 — Ярослав, как ты догадался, что я его хочу? — вопль Дианы больше походил подаренному зайцу, чем девушке, но иначе ее никто бы не расслышал. — Спасибо-спасибо-спасибо. Ты так меня балуешь.

 Она положила руку на кулон, подчеркивая связь между нами, и подруги переключились с разглядывания кулона на разглядывания меня. Одну из них я видел в тот самый день, когда состоялась дуэль между мной и Дианой перед олимпиадой. С остальными раньше не встречался. Вообще, создавалось впечатление, что я никого тут не знаю, и Мальцева-младшая исправить это не пыталась. Возможно, она считала, что все ее друзья по определению знакомы между собой. Но я, в отличие от Дениса, даже светскую хронику никогда не открывал. Его бы сейчас сюда, живо разобрался, кто есть кто. Но я не он, пришлось просто широко улыбаться, показывая дружелюбие.

 — Дианка, с днюхой! — пискляво поздравил еще один подошедший.

 Парень возрастом постарше меня на год-два вручил имениннице коробочку с какой-то ювелиркой.