— По-моему, норм, — решил он. — Ярослав?

 Я отмахнулся.

 — Если ты говоришь, что норм, значит, норм.

 Серый протянул один лист Глазьеву. Наступал самый скользкий момент нашего плана.

 — Сколько? — Роман недоумевающе на нас посмотрел. — Вы, часом, в количестве нудей не ошиблись?

 Серый сделал вид, что сверяется с документом, и солидно ответил:

 — Нет, все правильно, как я и просил Ивана. Сто миллионов в случае нарушения условий вы нам выплачиваете.

 — Вы сдурели? — взвился Глазьев.

 — Я не понял, что ты собрался нарушать? — обманчиво ласково спросил Серый. — Ань, то есть на самом деле вы жениться не собираетесь?

 — Рома, в чем дело? — обеспокоенно спросила она.

 — Эти… эти… эти… — у него точно просилось на язык грязное ругательство, но Глазьев сделал усилие и оставил его при себе, — нехорошие люди собираются ограбить нас на сто миллионов.

 — В смысле? — Аня потянула листок из рук Романа и вчиталась. — Но если мы ничего не нарушаем, то и не выплачиваем, ведь так? Разумная предосторожность, Ярослав. — Она послала мне воздушный поцелуй, я в ответ улыбнулся, надеюсь, естественно. — Смотрю, даже о Полине позаботились. Мне кажется Роман, мы можем это подписать.

 — Не вы, — поправил Сергей. — Глава клана. Если все устраивает, Роман едет договариваться с отцом, а Аня — за Полиной, чтобы сегодня все решить.

 — А если не еду? — спросил Роман, нутром чувствуя, что что-то не так, но не понимая причины.

 — Тогда мы приходим к выводу, что вы нас пытаетесь надуть, — пояснил я. — Как мы это и предположили в начале беседы.

 — А не обнаглел ли ты, сопляк? — взвился он. — Сомневаться в словах наследника клана Глазьевых?

 — Роман, я вас совсем не знаю, — напомнил я. — С чего бы мне доверять вашим словам? Тем более что сейчас ваше поведение говорит о том, что вы жениться не планируете.

 — То есть ты меня опять обманул?

 Губы Ани задрожали, и мне даже стало ее жалко на некоторое время. Очень непродолжительное. Ровно до того момента, как вспомнил, что сама она собиралась кинуть нас и ничуть не переживала по этому поводу.

 — Да нет, конечно, Ань, ты чего? — немного остыл он. — Но здесь такие условия дикие. Юрист у них точно с придурью.

 — Ну простите, — оскорбился Иван. — Что просили, то и указал.

 — Я посоветуюсь с отцом, — наконец решил Роман.

 — Мы посоветуемся, — жестко сказала Аня, выделив слово «мы». — И если выяснится, что ты меня опять обманул…

 То я Роману не позавидую.

Глава 22

 Глазьев с Аней уехали, а ко мне подошел Олег.

 — Ярослав, я ничего не понял. Мы вот просто так отдаем ценного специалиста? Даже не пытаясь что-то с этого поиметь?

 — Олег, как ты можешь? — возмутилась мама. — Они же любят друг друга!

 — Что-то я не замечал, что они друг друга любили, когда Ярослав отбивал Ермолину от Мальцевых, — жестко возразил Олег. — А ведь наверняка этот Роман мог договориться кулуарно, сделать какие-то уступки, если ему так дорога девушка. А сейчас, когда мы, заметь, именно мы, Елисеевы, сняли с Ермолиной все ограничители, Глазьев внезапно вспомнил, что у него с Аней любовь. А у нас — планы, которые теперь идут коту под хвост!

 Я чуть не расхохотался, когда услышал, как Румянцев говорит: «Мы, Елисеевы».