— Вольно! — Императрица вышла на середину строя и окинула его взглядом.

Асмунд и остальные пилоты первый раз лично встречались с ней. Не каждый мог похвастаться, что видел ее вживую, а теперь она стояла совсем рядом, в трех метрах от них. С длинными волосами, собранными в пушистый хвост, одетая в женский вариант офицерской формы ССО без знаков различия: высокие сапоги, черную юбку чуть выше колен и такой же черный китель, подчеркивающий талию. Невысокая и на вид очень хрупкая, но от нее веяло какой-то внутренней силой, все знали, что в хаосе разгрома она смогла объединить вокруг себя людей и совершить невозможное — возродить Империю. После безумной атаки на Элленею с одним линкором и эвакуации оставшихся войск, а затем — жителей с двух других планет Империи, армия была готова выполнить любой ее приказ. Гордость и восторг переполняли пилотов.

— Благодаря вам Империя получила три новейших крейсера, — тем временем говорила она. — Вы провели эту операцию без потерь, пошли добровольно на заведомо гибельную акцию и вышли из нее с честью! Я благодарю вас от имени Империи.

— Слава Империи! — рявкнули пилоты. — Слава императрице!

— Мы долго думали, как вас наградить, — продолжила она. — Но так и не пришли к однозначному решению, поэтому я хочу спросить у вас, что бы вы хотели? Я постараюсь выполнить ваши пожелания, но независимо от ваших просьб вы все награждены «Крестом Храбрых» и ваши семьи освобождаются от любых налогов на три года.

Тишина наступила на плацу. Пилоты ошарашено переваривали услышанную информацию — «Крест Храбрых» был один из высших орденов Империи, им награждались за выдающиеся заслуги, а выполнение пожеланий — это было поистине императорское предложение. Молчание слегка затянулось, когда один из пилотов подал робкий голос:

— Ваше Величество, а если я захочу дворянство?

Императрица повернулась к Алексу Валу, который стоял немного позади нее, и что-то ему сказала, тот подтянулся и рявкнул:

— Пилот второго класса Михайлов! Выйти из строя!

— Я! Есть! — Спросивший сделал три строевых шага вперед.

— На колено, — произнесла императрица, в руку ей тут же вложили церемониальный меч. — Я, Эрика Мия Аслейфр, властью, данной мне предками, жалую тебя в бароны. Будь верен предкам, своему народу и императору, свято соблюдай обязанности, возлагаемые на тебя этим высоким званием, служи Империи с честью и не запятнай себя бесчестьем! Встаньте, барон! — Она три раза прикоснулась мечом к плечам Михайлова.

— Обещаю и клянусь в присутствии моей императрицы тщательно блюсти законы Империи и с честью нести звание дворянина. — Михайлов выпрямился, с обожанием и горящим взором глядя на Императрицу.

— Встаньте в строй. — Она посмотрела на остальных пилотов. — Следующий?

— Разрешите с вами сфотографироваться, Ваше Величество! — спросил Жека.

Законами Империи было запрещено фотографировать членов императорской фамилии. Существовал придворный фотограф, и только он имел право делать фотографии императорской семьи.

— И это все? — уточнила она.

— Да!

— Хорошо, и где вы хотите сфотографироваться? — Она сделала неопределенный жест рукой. — Есть у кого нибудь фотоаппарат? А то мы сегодня без фотографа приехали…

30

К флосгам довольно быстро привыкли.