Рана на затылке открылась, и он почувствовал, как кровь медленным ручейком стекает по спине.

– Догадываешься, где мы это нашли?

Попытка вспомнить, снова неудачная, на сей раз закончилась оцепенением.

– А теперь посмотри на свою одежду.

С изумлением Виктор стал оглядывать себя с ног до головы. Остановился на расстегнутой рубашке. Местами изорванная, в пятнах крови и с комьями застывшей грязи на рукавах, она висела на нем, как на пугале.

– Надеюсь, теперь все сомнения по поводу твоих ночных похождений у тебя отпали?

Нелепый миг, ведущий к осознанию, прервался диким криком. И они поволокли его полубесчувственное тело вниз по крутым ступеням.

Менкар/Сезон крови

Моей душе покоя нет, и застит тьма ей белый свет. И сердце бьется все сильней, когда я думаю о ней!

Люций

Он сидел на берегу уже битый час. Потеряв счет времени и позабыв обо всем на свете, он смотрел на свое отражение в темной воде озера Пиала с неисчерпаемой тоской.

Сначала он пробовал считать до бесконечности. Но остановился на полпути, потерявшись в непроизносимых числах. Потом он пробовал сопоставлять голоса и лица (любимое занятие на протяжении всей жизни). Что то было в этом таинственное, имеющее свое неповторимое очарование – представлять себе обладателя того или иного голоса и пытаться придумать ему лицо. Самому награждать его разными чертами, самому сочинять цвет глаз и мимику печали и улыбок.

До какой то поры это было забавно. Но вскоре осознание того, что проверить сходство своих фантазий с реальностью он никогда не сможет, стало невыносимым. И сие увлекательное занятие превратилось в пустую трату времени. И он совсем поник.

Постепенно голоса стихали, рыболовы разбредались, заканчивался день. Но наступающая темнота не утомляла глаза менкарского поэта.

– Люций?

Он не сразу откликнулся на зов в тишине. Лишь когда почувствовал, как к нему кто то приближается сзади, задумчиво сказал «я здесь», но взгляда от колышущейся глади воды не оторвал.

– Вот ты где! – воскликнула миловидная девушка лет двадцати с длинными темными волосами, собранными на затылке в высокую косу.

– А я уж испугалась. Думала, куда ты делся… – она присела рядом с ним.

Любой, кто застал бы его за самолюбованием в данный момент, с уверенностью бы сказал, что более увлеченного нарцисса в жизни не видел.

– Все смотришь? – она качнула головой в сторону озера и коснулась его плеча. – Сегодня дольше, чем обычно.

– Да, – кивком согласился он.

– Здесь так хорошо. Тихо и спокойно. А где Эскудо? – она стала оглядываться по сторонам.

– Эскудо? – наконец он оторвался от воды и посмотрел на девушку. – Он был со мной. А что случилось?

Судя по всему, твой пес потерялся, – непроизвольное пожатие плечами было продолжением ее удивления.

– Потерялся? – парень почувствовал, как ускоряется бег его сердца. – Этого не может быть. Эскудо всегда рядом со мной… – Позови его.

Люций набрал в грудь побольше воздуха и прокричал имя пса. Но на его крик никто не отозвался.

– Надо найти его, – повинуясь резкому движению, ее рука утонула в его ладони, и они пошли по узкой тропинке навстречу ветру.

– Раньше ты так много времени не проводил у озера. С чем это связано, Люций? Ты все еще думаешь о ней?

Понимая озабоченность сестры, он поспешил ее успокоить:

– Мне кажется, когда я смотрю на воду, темнота в моих глазах светлеет. И чем дольше я смотрю, тем светлее она становится.

– А, может, все дело во вдохновении? Это место подходит для него лучше других?

– Так и есть. Только оно на втором месте после моей спальни, – Люций улыбнулся.