Потом Прокаженный испытал шок. Он увидел карлика и гиганта, которые следовали в паре шагов друг от друга. Гот был поражен. Ведь эти расы вымерли несколько столетий назад, верно? Тем не менее, даже вид этих двоих не избавил его от еще большего шока. Он захлопал глазами при виде человека, который оказался очень похож на его врага. При таком освещении Гот мог поклясться, что они идентичны. Однако когда молодой человек приблизился и гневно уставился на Инквизитора, тот понял, что это скорее Гинт, какого он знал много лет назад. Значит, сын. Как мило!

Все они не обращали на него внимания и тихо беседовали между собой после объятий, которыми обменялись при встрече.

Тор и Элисса отошли в сторону, чтобы побыть вдвоем, другие отдыхали и поили лошадей. Гидеон взялся приготовить легкий ужин и доставал из мешков сушеные фрукты и сыр. Он заметил, как родители отходят от основной группы. Ему хотелось бы находиться рядом с ними и поучаствовать в разговоре, но он уважал их желание побыть вдвоем.

Тор нежно обнял жену.

— Я так рад, что ты снова со мной. Это такое облегчение! Как ты себя чувствуешь?

— О-о, не начинай снова, Тор! Твой сын уже несколько часов достает меня этим вопросом и смотрит на меня обеспокоено. Со мной все в порядке, как ты видишь.

— Мои глаза никогда не врут, Элисса. Ты очень бледна, странно наклоняешься в одну сторону, а выражение лица рассказывает совсем другую историю, а не то, что ты говоришь нам вслух.

Она смягчила взгляд. Было несправедливо срываться на нем и выплескивать на него свое плохое настроение. Элисса знала, что ей следует ему сказать. Но пока она не будет этого делать, потом поймет все лучше.

— Не беспокойся, любовь моя. Твои травы сработали, только, боюсь, с моей злостью им сделать ничего не удалось. Я успокоюсь только после того, как Гот понесет справедливое наказание.

Элиссе не нравилось то, как она себя чувствует. Гот пробуждал в ней все самое низменное. Когда он появлялся рядом, всегда просыпалось негодование, ярость, злость, накопившиеся за все годы. Она пыталась притвориться, будто новый страх — это просто страх, а не что-то осязаемое, потому что доказательства отсутствовали. Сон, только и всего. Элисса поспешно сменила тему.

— Саксон сказал, что у тебя с собой есть особая жидкость, которая лечит все.

Тор улыбнулся.

— Аррак. Невероятное средство! Ты немного выпьешь перед тем, как мы тронемся в путь.

— А сейчас что будем делать? — спросила она и кивнула на Гота, хотя так и не посмотрела на него.

— Больше не будем терять времени. Я знаю, что все устали, но, тем не менее, надо отправляться в путь. Я просто чувствую, что все должны как можно быстрее вернуться в Сердце Лесов.

Она кивнула.

— Я согласна. Но нам нужно дать отдохнуть лошадям. Я предложила Гидеону организовать ужин. Мы должны что-то съесть, хотя бы для того, чтобы убить время и дать лошадям отдых.

Тор взял ее за руку.

— Тогда пошли, — сказал он и повел ее к тому месту, где сын выложил еду.

Позднее, когда все заново седлали лошадей, а Гота снова положили на повозку, рядом с матерью оказался Гидеон.

— Ты сказала отцу, что тебя беспокоит?

Она сурово и укоризненно посмотрела на него. Сын видел, как она таким же образом смотрела на Джила. Это означало, что она больше не будет обсуждать этот вопрос. Однако Гидеон не позволил смутить себя этим взглядом.

— Расскажи мне. Она вздохнула.

— Все в порядке, сынок. Это ерунда.

— Пожалуйста.

Элисса посмотрела на серьезное выражение лица Гидеона и перенеслась в прошлое, в Мятный Дол.