Девушка больше не интересовала Гота, и он отошел, скорчив гримасу от одного ее вида. Значит, они отправились в Великий Лес. Почему? Кто их там примет? Инквизитор размышлял об этом, умывая руки от крови Эйрин в ближайшем желобе. Он сам заходил в Великий Лес единственный раз, когда много лет назад искал Торкина Гинта и Элиссу.

Внезапно он все понял — и чуть не упал.

— Гинт? Вот оно! Они отправились к Торкину Гинту.

«Это даже слишком хорошо», — подумал он, садясь на лошадь. Можно убить их всех.

Солдаты посмотрели на своего странного и вызывающего отвращение командира.

— Мы едем на юг, — объявил он. — В Великий Лес.

Глава 16

Встреча в Сердце Лесов

Тору не хотелось снова отсылать Клута от себя, и сокол почти ничего не говорил в ответ на его предложение. Это означало, что птице такая мысль понравилась еще меньше. Однако Клут согласился с рассуждениями Тора о том, что им нужно узнать, что происходит на севере. Если Орлак прибудет из Кипреса, то логично предположить — высадится он в Карадуне.

«Просто осмотрись и сразу же лети назад, — давал указания Тор. — Тебя не будет пару дней. А мне как раз потребуется пара дней, чтобы добраться до Великого Леса. Я буду ждать тебя в Сердце Лесов».

Клут взлетел у него с плеча в ту же ночь и столь быстро набрал высоту, что Тор не видел его уже мгновение спустя. До него долетел только пронзительный крик — друг попрощался с ним.

Тор почувствовал себя очень одиноким в темноте, которая его окружала. Пока Клут находился с ним, он мог закрыть в себе сердечную боль из-за расставания с Элиссой. Без общества друга, без его мудрого голоса в голове сразу же вернулись мысли о любимой. Он снова и снова вспомнил, от чего отказался. По мере приближения к Великому Лесу у Тора в голове все чаще появлялись видения обнаженной Элиссы в объятиях Лориса. Настроение от этого не улучшалось. Не хотелось останавливаться ни для отдыха, ни для еды, он решил идти всю ночь.

Тор надеялся, что двое его детей находятся в безопасности в Таллиноре, знакомятся с матерью, обычаями и образом жизни таллинезцев. Если им суждено когда-либо войти в эту новую жизнь, то сейчас самое подходящее время, чтобы выяснить, подходят они для нее — или нет. Но Тор не знал: один из них в это время спал неподалеку от обочины дороги, отдыхая от скачки галопом к деревне под названием Бриттелбери. А дочь везли на север, перебросив через спину лошади, два бога и один из Паладинов. Если бы Тору было все это известно, он не пытался бы развеселить себя насвистыванием, пока шел к Великому Лесу.

Элисса и Саксон сделали привал на ночь и разделили скудные запасы, которые клук додумался бросить в седельные вьюки перед их поспешным отъездом.

Элисса не любила груши. Она предпочитала не есть их с того дня, когда неподалеку от Карембоша украла три плода из фруктового сада. Вскоре после этого она стала свидетельницей надругательства над Саксоном, видела, как ему выкололи глаза, как по его красивому лицу текла кровь. И он тогда думал о ней и звал ее. Один запах груш вызывал из памяти жуткую сцену. Она помнила, как осел Кетай носился по двору и вносил сумятицу в ряды орущих мужчин, видела двух симпатичных мальчиков из семьи Фоксов, Милта и Ориса, которые смотрели на нее с любовью и благоговением, когда она пыталась выполнить трюк «Полет». Ей это удалось, а они умерли, спасая ее жизнь.

Женщина отвернулась от груши, которую ей настойчиво протягивал Саксон.

— Ты должна перекусить, — сказал он.

— А что-нибудь у тебя в мешке еще есть? — спросила она с надеждой.

— Я украл две булочки у Поварихи, но сам планировал есть их позднее, — сказал Саксон с хитро поблескивающими в свете их маленького костра глазами.