Гарри опасливо бросил взгляд на телефон, затем подошел к ней.

— А что ты сделала?

Телефон зазвонил.

— Наверное, тот человек перезванивает. Я возьму. — Кейт подошла к столу и сняла трубку. — Музей головоломок Эйвондейла, — произнесла она прежде, чем Гарри успел приглушенно крикнуть:

— Нет!

Глава семнадцатая

Кейт положила трубку.

— Связь прервалась. — Потом она увидела лицо Гарри. — Что такое? Тебе плохо?

Гарри покачал головой быстрыми резкими движениями:

— Нет. Только…

Он осекся и с шумом забрал воздух. Кейт заподозрила неладное.

— Что? А ну-ка говори.

— По-моему, я только что облажался.

— Ты имеешь в виду телефонный звонок? Это не страшно. Перезвонят.

— Они и перезвонили. Вот черт.

— Гарри, следи за речью, или придется покупать пиццу.

— А, все равно, я так и так попал. — Он побледнел.

— Ничего не понимаю. Не может же дело быть в телефонном звонке.

— Может.

Кейт не могла уяснить, в чем проблема.

— Послушай, если они перезвонят, просто скажи, что вас разъединили, и не скупись на извинения.

Гарри сглотнул.

— Не перезвонят. Незачем.

В создавшейся ситуации определенно присутствовало нечто большее, чем простое нарушение этикета телефонного разговора.

— Так. Я совсем запуталась. Может, ты просто расскажешь, что тебя расстроило?

Гарри стоял неподвижно, устремив взгляд на рулон билетов, который находился строго посередине стола.

Он открыл рот, но, вместо того чтобы рассказывать, спросил:

— А они тебе что-нибудь говорили?

— Нет. Я сказала: «Музей Эйвондейла» — и услышала короткие гудки. Наверное, ошиблись номером.

Но Гарри, еще не успев дослушать, уже качал головой.

— Ну почему я такой тупой?!

— О чем ты, Гарри? Ты меня пугаешь. — Может, звонили с угрозами? Ей на ум пришли Джейсон и Эрик. Это мог сделать и какой-нибудь их приятель, которому они ее оговорили, обвинив в том, что она устроила им неприятности с полицией. Только у них нет никаких неприятностей с полицией, если верить шефу. — С кем ты разговаривал, когда я вошла?

— Ни с кем, — на автомате ответил Гарри, по обыкновению провинившихся подростков.

— Значит, ошиблись номером?

— Нет.

— Тогда что? — Кейт теряла терпение. Профессор говорил, что нетерпение причиняет гораздо больше вреда, чем пользы. Но она ничего не могла с собой поделать. — Варианта два: либо ты с кем-то разговаривал, либо кто-то ошибся номером.

Гарри долго не отвечал. Она наблюдала, как на его лице одна эмоция сменяет другую. Наконец он произнес:

— Я ждал звонка.

Кейт прыснула.

— Прости. Это, конечно, не смешно. Но ты нагородил такой огород, я просто не сдержалась.

— Ничего смешного. Все может оказаться плачевно.

— Расскажи как есть. Садись.

Гарри скользнул за стол и уселся во вращающееся кресло. Несколько секунд просто сидел и кончиками пальцев водил по верхней кромке монитора, и Кейт не стала его прессовать. Ему нужно было собраться с мыслями. Он хотя бы не хватался за сборник судоку, если не хотел разговаривать, как делал профессор. Кейт оставила его в покое. Она знала: рано или поздно он во всем признается.

Гарри заерзал в кресле, но голову поднимать не стал.

— Когда ты ушла — по делам… Ты была расстроена, а шеф… Он постоянно брюзжит, и я знаю, что он собирается уезжать, а мне некуда идти, кроме как назад к Баку…

— Я не позволю тебе вернуться к твоему не отяжеленному интеллектом дядюшке.