Когда Гарри окончил свою презентацию, его тут же окружили и завалили вопросами. Пока в воздухе парили слова вроде «транспозиция», «перестановочный шифр», «шифр замены» и «шифр Цезаря», Кейт пересекла зал по периметру и встала рядом с Брэндоном.

— Разве он не молодец?

— Да. — Брэндон был почти доволен. Почти. В том, что касалось сокрытия своих чувств, он был мастер, по Кейт могла сказать, что он все же и ее, и Гарри порадовал. Конечно, он наверняка стал бы отрицать свое влияние на жизнь Гарри, мол, просто делит с Гарри кров до тех пор, пока не определится, какое будущее выберет парень.

Кейт хотелось, чтобы они никогда не определились. Ведь тогда Гарри смог бы остаться в Гранвилле, пока не поступит в колледж. Вечерами после школы помогал бы в музее, а потом возвращался бы домой к человеку, воплощающему в себе качества идеального мужчины, а не к склонному к насилию дяде, с которым мог прожить большую часть жизни.

Профессор взял мальчика под свое крыло, но оперился он под опекунством начальника полиции.

Когда Гарри наконец удалось отбиться от своих ярых интервьюеров, он поспешил к ним, сияя от удовлетворения.

— Вот это да! Гарри, прими поздравления. — Глаза у Кейт лучились от счастья почти так же, как и у мальчика.

— Неплохая задумка с бесплатными хот-догами, — одобрил шеф.

Кейт посмотрела на него с укоризной, но улыбка Гарри стала еще шире.

— Может, мне открыть клуб любителей кодов и шифров в музее? Это можно?

— Конечно, — кивнула Кейт. — Отличная идея. Остается только найти время и вставить его в наше расписание.

За те несколько месяцев, что Кейт пробыла куратором, она восстановила работу нескольких клубов, которые к тому времени уже канули в небытие, и организовала несколько дополнительных по своей задумке. Музей начинал становиться центром общественной жизни города.

Гарри наблюдал за шефом. Тот не проронил ни слова больше, и Кейт даже захотелось стукнуть его, чтобы подхлестнуть энтузиазм.

Парень, почти такой же высокий, как Гарри, заглянул в дверь:

— Эй, Гарри, у Райетт остались еще хот-доги. Спорим, я их все съем, прежде чем ты даже свою тощую… — тут он увидел Кейт и Брэндона, — задницу успеешь поднять.

— Еще чего! — Гарри сорвался вслед за мальчишкой.

— Обзавелся другом, — радостно отметила Кейт.

Ей-то прекрасно известно, каково это — слыть чокнутым по всей школе и сколько в этом одиночества. Гарри переживал те же чувства. Поэтому теперь Кейт очень радовалась за него: А шеф просто стоял как деревянный болван.

— Вы не рады за него?

— Рад.

— А почему не хотите это показать?

— Я показываю.

Кейт закатила глаза.

— Пойду поговорю с Саймоном, — буркнул Митчелл.

Ох-ох-ох. Снова из него полез коп. А ведь о Гордоне Лотте и речи не было.

— О чем? — Она ждала, предугадывая, что ничего хорошего не услышит.

— О том, есть ли возможность потратить некоторые средства из тех денег, которые профессор отложил на обучение Гарри, и отослать его в интернат.

— Нет. — Кейт покачала головой и продолжала трясти ею так, словно пыталась в буквальном смысле выкинуть оттуда слова шефа.

— Кейт, ему нужен…

— Присмотр, забота, теплый, родной дом. — Она посмотрела на Брэндона.

«Ладно. Пусть не такой уж теплый, — вздохнула она про себя. — Но ведь я могла бы любить Гарри за двоих».