– Сара, это тебе мой подарок, – громко объявил Лайам, вкладывая в руку девушки золотую заколку и сжимая ее пальцы вместе с подарком. Заколка была теплой.

– Слова принадлежат Йетсу, а чувства – мои, – ласково улыбнулся Саре Лайам.

Взяв ее за руку, он продекламировал:

Скрепи волосы золотой булавкой,

И подбери все выбившиеся пряди;

Я сердцу повелел сложить для тебя эти слабые стихи;

Оно трудилось над ними день и ночь,

Создавая печальную прелесть

Из битвы прежних времен.

Тебе стоит только поднять жемчужно-белую руку,

Подвязать свои длинные волосы и вздохнуть;

И сердца всех мужчин запылают и забьются;

И мерцающая пена на бледном песке,

И звезды, сияющие на омытом росою небе,

Все существуют только для того,

Чтобы освещать твой путь.

Наступила тишина. На душе у Сары стало спокойно. Казалось, даже ветер утих.

Сжимая золотую заколку, девушка поцеловала руку Лайама.

– Я объявляю вас мужем и женой.

Казалось, эти слова прозвучали из ниоткуда.

А потом она поцеловала его. Целовала и целовала под приветственные крики собравшихся, эхом отдававшиеся от сверкающих снегом деревьев.

«Прекрасно!» – подумала Сара.

Просто прекрасно.

Потом она повернулась и увидела, как по снегу идет Мильтон. Рядом с ним быстро бежит его синяя тень. Девушка увидела в его руках дробовик. Длинный серебряный ствол. Могучие руки крепко сжимали деревянный приклад. Она видела дробовик. Видела серьезное лицо Мильтона. Видела, как он поднял дробовик к плечу.

У нее не было времени закричать. Уклониться или спрятаться.

Не было времени.

Никто не шевельнулся.

Мильтон выстрелил еще раз. И еще.

Сара почувствовала, как у нее перехватило дыхание и подогнулись колени.

Все было так прекрасно. До сих пор все было прекрасно. А теперь...

Лайам сжал ее руку.

– Не бойся, – прошептал он.

– Что?

Грохот нового выстрела. Хлопанье крыльев вдали.

– Это старинное суеверие, – сказал Лайам, наклоняясь ближе.

Сара чувствовала его горячее дыхание на своем лице.

– Выстрелы дробовика прогоняют злых духов.

Сара еще дрожала.

– Пока что они прогнали птиц.

– Это все вороны, – пробормотал Лайам. – В старые времена в Эдинборо молодые люди прятались за изгородью, поджидая невесту и жениха. При их приближении молодые люди стреляли из мушкетов в воздух. Это был их праздничный салют.

– Лайам, ты меня до смерти напугал! Я чуть заикаться не начала. Почему ты меня не предупредил? – укоризненно сказала она, толкая его в бок.

– О-хо-хо! Да это наша первая драка! – засмеялся он.

– Лайам, все смотрят на нас!

Он засмеялся. Обнял ее за талию. Его карие глаза сверкнули.

– О, я женился на очень застенчивой девушке!

– Я вовсе не застенчивая, – шутливо запротестовала она. – Я из Индианы. А у нас, на Среднем Западе, люди не любят публичных проявлений привязанности.

Лайам крепче обнял ее и прошептал на ушко:

– А как насчет подобных проявлений наедине?

Сара повернулась и снова поцеловала его. Но попала не в губы, а в щеку. В сотый раз она напомнила себе, что это самый счастливый день в ее жизни. Сердце ее трепетало. Сара была так счастлива, ей было так хорошо, что казалось она вот-вот оторвется от пола и взмоет вверх в переполненной гостиной Мильтона.