Девушка попыталась вырвать руку.

– Оставь меня, Чип! Я закричу! Я позову полицию! Я предупреждаю тебя!

– Ничто не кончено! Вовсе нет! Я изменился, Сара. В самом деле. Ты увидишь. Я теперь совершенно другой человек. Послушай меня! Я не могу жить без тебя! Я не могу...

Он поднял кулак. Перед лицом девушки оказался маленький кинжал с каплей голубой крови.

Насколько опасен Чип? Насколько он не в своем уме?

– Ничто не кончено! – повторил он. – Ни в коем случае. Не кончено.

– Отпусти меня! О-о-о! Что ты делаешь? Отпусти меня!

– Место в мебельном магазине уже занято, – сообщил ему Дуэйн Монтгомери голосом, которым обычно говорят на похоронах.

Словно это был последний шанс Гаррета.

– Будут и другие места, – сказал Гаррет брату. – Не расстраивайся, Дуэйн! Что, если я приеду и займу место, когда оно появится? Тогда Энджел и Мартин переедут к тебе!

«Не стоит придавать этому слишком большое значение, – сказал себе Гаррет. – Никакой трагедии не произошло. Просто это был удобный случай сбежать».

Сбежать из этого крошечного захолустного городка. Удрать, чтобы не смотреть на это бесконечное поглощение булочек за столом напротив. На Вальтера, в обсыпанной сахарной пудрой форме. Удрать от всех этих убийств, от этого кошмара, который не может происходить в тихом городке, населенном молодыми людьми и степенными преподавателями.

Удрать от кошмаров, из-за которых Гаррет уже не мог спать. Теперь по ночам он лежал и смотрел, как двигаются тени по низкому потолку, прислушивался к тихому, ровному дыханию Энджел рядом с ним. А перед глазами у него стояли расчлененные тела, сломанные спины, выступающие кости, белеющие во мраке.

Это были убийства, которые он и не надеялся разгадать. Убийства, которые заставили его ощутить собственную слабость и беспомощность. Заставили подумать о бегстве.

Конечно, Энджел не хочет ехать в Атланту. А если он начнет ее уговаривать, то она может обвинить его в том, что он пытается удрать в тот момент, когда ему брошен самый серьезный вызов в его жизни.

И будет права.

Но расследование зашло в тупик. Несмотря на все усилия, затраченные им самим и его людьми. Несмотря на то, что он много думал. Несмотря на всю упорную работу, расследование никуда не привело.

Шли дни. Дни складывались в недели, а убийства все еще давили на него. Днем и ночью.

Гаррет говорил себе, что во время обучения в академии его не готовили ни к чему подобному. Его не готовили к тому, что придется смотреть на серые кости, торчащие из вспоротой плоти. На кровь. На темные лужи, прямо-таки озера крови.

Да и как они могли меня подготовить?

Как можно подготовить человека к зрелищу этих разорванных и изломанных тел? Люди не поступают так с людьми! Люди так не поступают, правда?

А теперь Вальтер смотрит на него через стол. Трубка прижата к круглому лицу, рот открыт, подбородок дрожит. Свободной рукой он настойчиво машет Гаррету.

Гаррет уже видел у него подобное выражение лица.

– Мне надо идти, – говорит он Дуэйну. – Поцелуй за меня Барбару.

Гаррет швыряет трубку на аппарат. Вскакивает.

– Вальтер, что?

В свете люминесцентных ламп Вальтер выглядит бледнее, чем обычно.

– Еще одно!

Этот парнишка Андерс на удивление хороший фотограф! Гаррет потягивает кофе из картонного стаканчика и просматривает новую пачку фотографий. Андерс еще учился в средней школе, но он был ведущим фотографом местной газеты и делал снимки для полиции, когда это требовалось.

Минувшим вечером Гаррет видел, как худенький мальчуган щелкал затвором с таким видом, словно перед ним была Мисс Америка.