|
— Спасибо.
— Мартин, ты держи меня в курсе дел моей бедовой дочери.
Мартин, словно ветер, домчался до Волжска. Трасса здесь была хуже, но скорость Мартин не сбросил, он очень рисковал, но долетел до нужного адреса достаточно быстро.
Провинциальный Волжск не поразил его воображения. Адрес, который скинула Мартину мама Яны, привел его к обычной пятиэтажке. Он остановил мотоцикл, слез с него, снял шлем и вытер пот со лба, его даже повело в сторону от усталости. Какая-то старушка на лавочке очень внимательно рассматривала его, словно диковинную зверушку.
— Здравствуйте. Как бы мне Галину Петровну найти? — спросил Мартин.
— Галину? С соболезнованиями, что ли? Ты откуда сам будешь, милок? — заинтересовалась бабуля.
— Соболезнования? Что случилось? — насторожился Мартин.
— Сын у нее умер. Молодой еще. Простой парень. Танцевал так чудно, как будто его электрическим током бьет. Я все смеялась, не понимала я эти танцы. А он же потом в студии преподавал да еще и деньги за это получал. А ты, часом, не знаешь Цветкову?
— Знаю, — улыбнулся Мартин. — А она тут при чем?
— Так это первая любовь Юрика. Женаты они были. Стервозная девка, я тебе скажу. Бросила она Юрку, царство ему небесное… — Бабка перекрестилась. — Что она в детстве и юности творила! Ее у нас в городе все знали. Думали, вырастет — образумится! Куда там! Уже взрослая баба, а всё туда же! И ведь вроде с благой целью сюда приехала, попрощаться со своим первым мужем, и всё равно всё пошло не так. Даже парня не похоронили!
— Что случилось? — напрягся Мартин.
Бабулька оглянулась по сторонам и продолжила, понизив голос, потому что заметила знакомого мужика в майке и трениках, который вышел на балкон на втором этаже прямо над ними и принялся откровенно пялиться на незнакомца.
— Янка эта, худющая, как шпрота. В Москве не кормят, что ли? Я все время с мысли сбиваюсь…
— Да что произошло-то?
— Ах, да! Вместе с ней приехал мужик странный, главное, что уже подвыпивший так хорошо. Представительный, в костюме. На кладбище его совсем развезло, то ли по дороге растрясло, то ли еще поддал, не знаю. Приставал к бывшим женам Юрика. Юрий же два раза женат был после Янки, но это всё так… — махнула рукой старушка, — баловство. Так вот, этот мужчина, его Витольдом зовут, имя-то какое чудное, прости господи, подмигивал им, заигрывал, упал, измазался в грязи. Яна пыталась его урезонить, но всё напрасно.
— Нормальный мужик! Ну, немного перепил и не понял, где находится. А Маринка и сама на него глаз положила, она и Юрику изменяла, — подал голос с балкона мужик в майке.
— А ты, Гена, не подслушивай. Не видишь, я с человеком беседу веду? Ну, так вот. На кладбище дали возможность еще раз попрощаться с покойником, и когда уже хотели закрывать гроб, этот Витольд вдруг спросил, есть ли протокол вскрытия, заключение из полиции, криминальная какая-то экспертиза? Кучу каких-то умных слов наговорил. Но у Гали-то ничего такого не было. И тогда он как вцепился в труп, как заорет: «Никому не дам зарывать тело! Требую эксгумацию!» Оттащить его от тела не удавалось никак. Какая тебе, говорят, эксгумация, если еще не захоронили! Дай зарыть по-человечески! Не дал! Вызвали полицию! Похороны прервали. Яну с этим Витольдом увезли в полицейский участок. Ну, вернее, мужика повезли, а она за ним поволоклась.
— А тело куда? — Мартин не понял судьбу только одного участника событий.
— Куда-то увезли. Этот Витольд позвонил кому-то. Говорят, чуть ли не из Верховного суда звонили, скандал был ужасный.
— А кто этот Витольд? — недоумевал Мартин. |