|
Очень скоро навстречу мне попадаются остатки моего отряда. Это четыре Серебряных и один Золотой мушкетеры, один гвардеец Бернажу и пять людей Стэплтона. Во главе едет де Сен-Реми. Вид их красноречиво свидетельствует о том, как нелегко им пришлось. Почти все они в окровавленных повязках, плащи и камзолы рваные, в крови. Сами все запыленные и измученные до крайней степени. Де Сен-Реми подъезжает ко мне, отдает честь и докладывает: — Приказ исполнен, лейтенант! — Де Вордейль и сэр Ричард? — Маркиз погиб, сэр Ричард тяжело ранен. Мы оставили его на артиллерийской батарее. Вы знаете, где это. — Ясно. Главное мы сделали. Граф де Легар с ярлом сумели вырваться из засады и уйти от погони. Теперь они в безопасности. — Я вижу, лейтенант, что и вам пришлось жарко. Мы проезжали по вашим следам. Один из раненых показал, что за вами гнался де Ривак. Мы его уже похоронили, а у него, оказывается, жизней не меньше, чем у кошки! Кстати, где он теперь? — Можете отныне забыть о нем. — Отлично! Но вы ранены, лейтенант? — Не тяжелее, чем вы. Давайте не будем терять времени. Надо догнать де Легара. Ярла с де Легаром мы нагоняем уже при въезде в Брюн. Андрей при моем появлении облегченно вздыхает. — Когда ты так удачно отсек погоню картечью, я каждую минуту ждал, что ты вот-вот нас догонишь. Но, сам понимаешь, остановиться и подождать тебя я не мог. Куда же ты пропал, что случилось? — Де Ривак, — коротко отвечаю я. — Ото! Живуч, сволочь! Ну, и как ты справился? — С ним все в порядке, но не это главное. — А что же? — Сейчас сдадим ярла посольству, быстренько вернемся домой, и там все узнаешь. Разговор долгий. Андрей сгорает от любопытства, но дело надо довести до конца. Во дворце наместника ярла Хольмквиста ожидало скандинавское посольство. Ярл тепло прощается с нами, с мушкетерами и гвардейцами. Людям Стэплтона я сразу на постоялом дворе пишу рекомендации для вступления в мушкетерскую дивизию. Де Сен-Реми получает разрешение отдохнуть и расслабиться до утра. А мы с Андреем — де Легаром приказываем подать нам ужин и уходим к себе в комнату. Заинтригованный Андрей требует, чтобы я все рассказал немедленно. Удовлетворяю его любопытство в части того, как я уходил от погони, как дрался с де Риваком, но ни словом не обмолвливаюсь о моем «хождении за три фазы». Андрей явно не удовлетворен, но я неумолим. — Остальное дома и только дома. Мне самому надо еще все как следует осмыслить. — Тогда зачем тянуть время с этим ужином? — Андрюша, от каждой эпохи надо брать свои радости. Должны же мы как-то скрасить свою тяжелую работу. Широким жестом указываю на стол, где, перемежаясь с бутылками отличного лотарингского вина, стоят блюда с изысканными кушаньями. — Такого ты на синтезаторе не сотворишь, фантазии не хватит, и по линии доставки не получишь. А такую вещь можно попробовать только здесь. Наполняю стакан превосходным брюнским пивом, подмигивая в угол комнаты, и тут же слышу голос Магистра: — Андрэ, хватит резвиться. Время с тобой, заканчивайте ужин да побыстрее, а то у нас уже слюнки текут. После ужина — сразу домой! Хватит гулять по Лотарингии и еще Время знает где. Отпуск кончился, пора за работу. Мы приканчиваем ужин и укладываемся в постели. |
