|
Граница черноты все ближе и ближе к осоке, растущей на краю болота. Земля подо мной уже не ходит, а прыгает и мечется. Чтобы не упасть, опускаюсь на одно колено. Из последних сил удерживаю Меч в нужном направлении. Луч бесследно тает в черном, неописуемо черном пятне. Вот в пятне, мелькнув, исчезает прибрежная осока… Хорош! Нажимаю клавишу дезактивации… Мощный, неземной силы удар сбивает меня с ног. Все вокруг словно взбесилось. Грохот такой, словно взорвалась вся Галактика. Меркнущим сознанием улавливаю, что сзади ревет такой ветер, по сравнению с которым ураган — это дуновение от дамского веера. Что-то пролетает надо мной. Меня с силой прижимает к земле. «Не менее восьми g!» — мелькает мысль. А сама земля куда-то стремительно несется. Великое Время! Когда все это кончится? Что за силы я пробудил Золотым Горшайнерголом? Слава Времени, все это продолжается краткий миг, который, честно говоря, кажется мне вечностью. Наступившая тишина вязкая, как смола. Лежу, распластавшись на земле, не в силах шевельнуть ни рукой, ни ногой. Впрочем, я и не могу никак решиться сделать это, все еще не веря, что все уже кончилось. Не знаю, сколько времени я так пролежал, но стоны, раздающиеся сзади, и хриплые, полные боли крики побуждают меня, наконец, к действию. Собрав все силы и всю волю в кулак, встаю. Хотя, видит Время, это мне стоит таких же усилий, как повернуться со спины на живот в сиреневой пустыне во время МПП. Первое, что мне бросается в глаза, — это то, что Желтого Болота нет. Нет, и все тут! Там, где была прибрежная осока, теперь растут кусты боярышника. Двух елей как не бывало. Оборачиваюсь. Нагилы лежат ничком, засыпанные обломанными ветками. Из леса доносятся стоны и крики о помощи. Что там? Неужели нежить победила и терзает моих людей? На всякий случай активирую Золотой Меч в режим «антинежити». — Урган! Нет ответа. Где же он? Что с ним? — Урган! Меня качает, колени подгибаются. Но надо все-таки идти туда. Но сначала займусь нагилами. Они сейчас — легкая добыча. С трудом делаю несколько шагов. Сзади меня, справа, должна была стоять Яла. Отбрасываю ветки и переворачиваю девушку на спину. Яла открывает глаза и шепчет: — Андрей, что, уже все? — Все, Леночка, как ты? — Вроде живая. Ох, Андрюша, что это было? — Время его знает, Лена. Дома разберемся. Встать можешь? — Постараюсь… Ой! По мне словно танк проехался, — жалобно стонет Яла. — Слушай, ты же — нагила! Да еще посвященная святым Могом. Соберись, приведи себя в порядок. У нас наверняка есть раненые. Им нужна твоя помощь. Ну же, давай! Ты же хроноагент, Время побери! Яла с минуту молчит, закрыв глаза. Чувствую, что она внутренне собирается. — Так. Помоги мне встать… Хорошо. Она снова закрывает глаза, поднимает руки вверх, вытягивается в струнку и затаивает дыхание. Потом резко опускает руки и встряхивается. — Все! Врачу исцелися сам. Займемся другими… Эх! Сюда бы перчатки святого Мога! — Ты недооцениваешь меня, — я достаю из-за пояса сверток. Яла чмокает меня в подбородок, выше дотянуться не может. — Ты — чудо! — и вдруг спохватывается. — А где Кристина? Я иду к валуну-пульту. Там никого нет. Где же она? — Смотри! Там, за кустами! — кричит Яла. |
