|
— Гораздо проще было бы и менее рискованно перебросить по прямому переходу человек пять в Англию, нейтрализовать охрану и утащить атомную бомбу сюда. А так, чуть схлопку не устроили. — Да, это аналогичный случай, — соглашается Магистр. — Но по-любому прямой переход — вещь слишком уж специфическая, и использовать его надо, просчитывая все варианты на порядок более тщательно, чем при внедрении Матрицы. И во всех случаях предпочтительнее использовать внедрение, чем переход, если есть хотя бы мало-мальская зацепка. — Понимаю, — говорю я, — энергетические затраты несоизмеримы… — Эх, ты — дитя XX века! При чем здесь энергия? Ее нам не занимать. Речь идет не об энергетическом, а о человеческом факторе. — Поясни. — Ради Времени, Андрэ! Мы же говорили с тобой на эту тему! Твою Матрицу мы можем вернуть в любой момент, ну почти в любой… А как вытащить тебя, если ты будешь в собственной шкуре? Буде возникнет такая необходимость. В этом случае твоя гибель будет реальна и необратима. — Но что мешает записать копию Матрицы хроноагента перед его переходом и в случае неблагоприятного исхода внедрить ее в новое тело? — Ничто. Только, Андрэ, ты забываешь, с кем мы имеем дело. Андрей согласно кивает, а Магистр продолжает: — И прими во внимание еще один фактор: мою нервную систему. Мои нервы не из мономолекулярных нитей. Те два с половиной часа, которые Андрэ провел в той фазе, стоили мне двадцати пяти лет жизни. Магистр наливает рюмку, залпом выпивает ее и, помолчав, ворчит: — Вы все время обижаетесь на меня: зануда, придира и так далее. Знаете, о чем я мечтаю? Поменяться с кем-нибудь из вас ролями. Когда возникла необходимость внедриться в короля Рене, чтобы разорвать порочный треугольник Рене—Лина—Дулон, я ухватился за это с радостью. Хоть как-то самому повлиять на ход событий. Зато, когда вы с Элен и Андрэ закрывали этот переход на Желтом Болоте, я поседел, как полярная сова. — Что-то не очень заметно, — усмехаюсь я, глядя на смолянисто-черную шевелюру Магистра. — Ну, я все-таки Магистр, к тому же — Альфа. — Верно! — поддерживает его Лена. — Он это умеет. Когда ты вернулся из полета в образе Адо Тукана, я заметила седину у него на висках. На другой день ее не стало. — Сопьюсь я с вами, сидя у компьютера и наблюдая за вашими похождениями. Повозитесь тогда со мной, хроническим алкоголиком, — усмехается Магистр, разливая водку по рюмкам. — Ну, и какой ты тогда будешь, в схлопку, Магистр, да еще и Альфа? — смеется Генрих. — Уел, уел! Согласен. После паузы, вызванной выпивкой и закусыванием, в разговор вступает молчавший до сих пор Маг Жиль: — Все, что вы говорили за и против использования прямых переходов, в принципе верно. Но вы забыли главное: правовую сторону этого вопроса. Существует и действует всем вам хорошо известный Хронокодекс. И там нет ни одного пункта, ни одного слова, регламентирующего использование прямых переходов, устанавливающего рамки, в которых их можно использовать, и все остальное. А это, согласитесь, немаловажно. На Совете Магов уже поставлен вопрос о разработке соответствующего раздела Хронокодекса. Наши юристы, историки и Сектор по связям с сотрудничающими фазами уже приступили к работе. |
