|
Семь войн… сто тридцать лет, и все равно король Ландскруны своего добился. Верны — так уж вышло — всегда добиваются своего, даже если для достижения поставленной цели требуются столетия. В Приморье, в Але войска Вернов высадились чуть больше двухсот лет назад. Королевство Норфей подчинилось их власти сто сорок лет назад. Но вот Старые Графства никогда так и не были завоеваны. Империя пришла к ним с двух сторон, сжала в тисках Фронтира и Границы, но нынешний статус-кво — это признание бессилия устроить все на Драконовом хребте так, как хотелось бы императору. Вернее, это лучшее, на что он может пока рассчитывать.
— Но почему? — Вопрос напрашивался, хотя она и раньше слышала на него кое-какие ответы. — Магия, я думаю… Сложный рельеф… Реликтовые животные, в том числе и хищники… И очень странные люди, населяющие огромную, неосвоенную и неизученную территорию. Одни негостеприимны и попросту враждебны, другие вполне дружественны, но их манеры могут обескуражить, про третьих ничего определенного сказать нельзя, но на беду, есть ведь еще и четвертые, и пятые, и как бы не шестые. Что скажешь, мальчик? — Но мы сможем пройти? — Другие-то проходят… — Но не все? — спросила она с замиранием сердца. — Не все, — подтвердил ди Крей с самой серьезной миной на лице. — А мы? — Чем мы хуже других? — удивился он. — А чем лучше? — спросила она. — Тоже верно, — не стал спорить ди Крей. — Но мы постараемся.
3 «Могло быть и хуже…» С этим не поспоришь, да и чего ради занимать свой ум никчемными предположениями? Мир таков, каков он есть, и люди в нем то ли марионетки в руках господа, то ли лицедеи, скрывающие под раскрашенными масками свои собственные лица, слишком простодушные, чтобы не выдать ненароком истинные цели и умыслы своих хозяев. Но факт, если бы не ранний ледостав, сейчас они с Тиной были бы на полпути к Ландскруне. Но льды поспешили… «Отчего?» Хороший вопрос, но ответы на него неочевидны. Можно сказать, что «все Божий промысел», или сослаться на великий и непостижимый — в своей сложности — механизм природы… Или просто задуматься, поскольку тут есть о чем подумать умному человеку. Сандер и думал, но ни к каким рациональным или иррациональным выводам пока не пришел. Да и возможности «обстоятельно обсудить с умным человеком» сложившуюся ситуацию пока не представилось. Они вышли в дорогу — как он и хотел — двенадцатого листобоя, и действительно смогли отплыть из Малого Перехода вверх по течению Изера уже на следующий день. Не на имперской галере, положим, а на старой барке торговца шерстью, но тринадцатого они были уже в пути. Таким образом, темп продвижения, каким Сандер Керст видел его своим мысленным взором, не мог не обнадеживать: они споро продвигались вперед. Шестнадцатого, достигнув высшей южной точки, какую они могли себе позволить, путешественники высадились в Сельце и уже на следующий день углубились в малообжитые районы Сурского королевства. Их путь лежал теперь на запад к Королевским Перстням — цепи из пяти заросших хвойным лесом скалистых холмов, за которыми начиналась Граница. «Что ж, всего десять дней…» Следовало признать, что это лучший результат из тех, что он мог себе вообразить: прошло всего десять дней, а они уже находятся на западном склоне Бирюзы — третьего из пяти Королевских Перстней, и значит, завтра к полудню они проникнут в пределы Границы. Лошади целы, припасов в достатке, и все здоровы, целы и невредимы, что уже совсем немало. «Совсем не плохо, — рассудил он, — и погода…» Погода благоприятствовала, беспокоили люди: Сандер Керст считал себя неплохим физиономистом, но полагаться на неизвестных ему лично людей не привык. |
