|
Она даже затопала ногами от возмущения. — Только и слышишь — Вэйн, Вэйн, непогрешимый Вэйн. Ах, Вэйн — супермутант! Ах, Вэйн — непревзойденный гений. Но почему никто не замечает, что он просто слепой идиот? Стоит с ним поговорить, и тут же становится ясно, что он совершенно не разбирается в людях. Неужели вы не понимаете, что он взял в полет только тех, кто соответствовал его кораблю? Ему плевать на наши чувства. Он видит в нас только винтики и болты для своих механизмов! Словно защищаясь от потока ее слов, Колли поднял руку к лицу. На миг он почувствовал отголосок той страсти, которая бушевала в ней. — Успокойся, — прошептал он. — Прошу тебя, Луис. Успокойся. Она умолкла, прислонившись к стене, и потупила взор. — Прости меня, Колли. — Тебе надо отдохнуть. Ты выглядишь очень усталой. — Какой тут отдых. Здесь слишком шумно. — Да... Наверное, этот рев тебя просто оглушает. — Дело не в громкости, — ответила она. — Я могла бы привыкнуть к ней, так же как и ты. Но для тебя эти звуки превратились в фон, такой же постоянный, как и сам корпус. А я слышу все нюансы. Там возникла небольшая вибрация, здесь изменился тон, где-то выше появился свист и потрескивание. Я сижу и ломаю голову, что все это значит, чем закончится и не разлетимся ли мы ко всем чертям до самых дальних уголков Вселенной. Этот рев не бывает одним и тем же. И я не могу к нему привыкнуть! — Представляю, каково тебе, — с сочувствием сказал он. — И еще этот Том... Да ты и сам знаешь, я ему немного нравлюсь, но... Миша тоже начинает на меня посматривать, и я словно между двух огней; А другие... Как долго они будут относиться ко мне по-дружески? Я совсем растерялась. И меня это пугает. Колли. В поисках утешения она вцепилась в его рукав — так по-детски и доверчиво, что он без задней мысли обнял ее за плечи и накрыл маленькую нежную ладонь своей рукой. — Когда мы доберемся до Марса, все займутся делом и оставят тебя в покое, — сказал он. — Почему ты согласился лететь? — неожиданно спросила она. — Не знаю, — сказал он. — Наверное, по тем же причинам, что и остальные. Я просто был восхищен таким огромным и стоящим делом. Но теперь пришла тоска, и я начинаю понимать, что мое место на Земле. — Ты мне нравишься, Колли, — импульсивно сказала она. — В тебе есть что-то такое... не знаю... не могу сказать. Мы все теперь чуть-чуть разочарованы. И у каждого на этом корабле есть свои сомнения, слабости и страхи. Но ты... Ты лучше всех. Ты как будто из другого, какого-то светлого мира. Его лицо вспыхнуло румянцем. — Я тоже боюсь, — прошептал он, отводя глаза в сторону. — Это здоровый испуг. Ты... Кто-то вышел из рубки, и на трапе послышались шаги. Колли повернулся и увидел мрачное лицо О'Нила. На миг у него появилось желание отдернуть руки от Луис — она не его девушка, и их могли неправильно понять — но он преодолел свой страх. — Привет, Том, — сказал он. Рот ирландца скривился. — Привет, — ответил он и тихо добавил: — Значит, и ты тоже? — Что «тоже»? — уклоняясь от прямого ответа, переспросил Колли. О'Нил вздохнул: — Ладно, забудем. Не выношу этих сцен. Луис бросила на него холодный взгляд. — Кстати, для информации, — сказала она. — Я стою тут с Колли только потому, что он единственный, с кем можно говорить и не тревожиться о последствиях. |
