А ещё недавно вернулся броненосец «Аскольд», отправленный к эльфийским берегам, и привёз оттуда очередное посольство. Остроухие не особо охотно делятся с нами информацией о своих Осколках и Сумраке, но день за днём король продавливает их, как говорят на улицах.

Надеюсь, «старшие братья» не замыслили ничего плохого — хватит с нас и новостей о том, что орки начали экспансию на Архипелаг. Он, конечно, огромный — десятки, сотни тысяч квардратных километров труднопроходимой местности, заселённой культистами и староверами — но не хотелось бы получить неожиданный удар под дых, как говорил дед…

Что ж, в любом случае, я поступил на «сумрачный факультет» именно за тем, чтобы быть способным оказывать влияние на судьбу мира, и сделать его лучше! И когда я получу свои ключи — никакие орки мне будут не страшны!

* * *

Запись 11 — Патрик Каррано (ориент. 42 год после Падения)

Тут потрясно! Тут просто потрясно! На «сумрачном факультете» собрались самые прогрессивно мыслящие молодые люди всей столицы — да чего уж там — ВСЕГО КОРОЛЕВСТВА!

Как же приятно оказаться среди тех, кто думает, как я, разговаривает, как я, и преследует те же цели, что и я! В кругу единомышленников даже дышится легче… Не то что в дедовском доме, где мать и бабушка вечно трындели о недопустимости возни с Сумраком и запрещали всё подряд.

Даже пёрнуть без их ведома было нельзя!

Но тут всё по другому — и впервые в жизни я чувствую себя по настоящему живым!

С первого дня занятий я подружился с тремя ребятами, которых теперь, спустя почти год, могу назвать своими друзьями.

Якоб Норвиц — сама мужественность. Пользуется успехом у дам, сильный, решительный, частенько — резкий. Но есть в нём некая брутальная притягательность. Разумеется, мы подрались в первый же день.

Гилара Айре — дочь министра энергетики (это новая должность). Холодная, расчётливая, цининчная. Настоящая сучка — но мне нравится этот её образ. Якоб всё время подкатывает к ней, но она раз за разом даёт ему от ворот поворот. Если бы не недюжий ум — затерялась бы среди прочих «золотых» детишек, которые махом вылетают после первого курса со всех факультетов (а с нашего — особенно быстро). Именно на почве того, что наша четвёрка — лучшие студенты курса, мы и сблизились. Конкуренции нет — нам слишком нравится то, что мы изучаем, и у нас всх — одни и те же стремления.

Забыл про Каспера! Самый тихий парень не только на курсе, но и во всей академии, пожалуй. Но у него всегда есть ответ на любой вопрос, а расчёты, которые он производит в уме… Мне даже немного завидно. Он откуда-то с юга, но о себе за целый год рассказал мало — несмотря на то, что мы живём в одной комнате и я умудрился споить этого тихоню аж трижды — всё равно молчит, засранец!

Компания у нас разношёрстная, согласен — но каждый из нас прекрасно дополняет друг-друга и хорошо вписался в общий круг.

Надеюсь, нас вместе отправят на практику после следующего Семестра…

Сумрак! Нас ждёт Сумрак!

(P. S. — Лейла приехала в столицу и на самом деле собралась поступать на наш факультет! Я очень рад, и надеюсь, что у неё получится! Сегодня идём в лучшую ресторацию центра… Волнуюсь, честно говоря… Интересно, она сильно изменилась за прошедший год?)

* * *

Запись 12 — Патрик Каррано (ориент. 42–43 годы после Падения)

Нас впервые пустили в Сумрак…

Это оказалось… Именно так, как я и представлял. Опасно, жестоко, мрачно… И, при всём ужасе, который мы там испытали — невероятно…

Сумрак — это то-то совершенно невообразимое. Отец, оставив мне эти записи, не удосужился описать в красках, что из себя представляет Сумрак, и теперь я понимаю, поечму.